Молча кивнула, посмотрев на строго протянутый в мою сторону указательный палец.

Матвей вышел из комнаты, прошел в кухню, где заговорил с моими родителями. Через минуту вернулся с пачками таблеток и стаканом воды.

– Так…- сел он обратно в компьютерное кресло. Оставил на тумбочке стакан воды и почти все таблетки, что принес. – Эту штуку от соплей пшикай сразу. Вообще нихрена не дышишь, - протянул он мне назальный спрей. – Это от жара. Это противовирусное. А это… еще что-то. Я не понял, но твоя мама сказала «надо». Держи, - всыпав мне в ладонь горсть таблеток, Матвей вручил мне стакан воды и пристально проследил за тем, чтобы я выпила все до одной.

Невкусно, противно, горько, глоталось с трудом, но я выпила всё. И стакан воды тоже осушила целиком.

– Я больше не могу, - отдала Матвею стакан и без сил рухнула головой на подушку. Нащупала одеяло и натянула его дома самого носа.

– Ты мёрзнешь, что ли? – нахмурился мужчина. Серые глаза его недобро блеснули.

– Угу, - моргнула я вяло. После бульона спать захотелось в разы сильнее. – Честно говоря, такое ощущение, что я со вчерашнего вечера не могу согреться.

Матвей шумно вздохнул. Встал с кресла и потянулся к ремню на своих джинсах, начиная его расстегивать.

– Ты что делаешь? – подобралась я, округлив глаза.

– Ремень снимаю. Не видно?

– Зачем?

– У пряжки острые края. Если ты начнешь об меня тереться, то можешь поцарапаться, - буднично ответил Матвей, вытащил своё ремень из шлевок и оставил его на спинке компьютерного кресла. – Я погашу основной свет, если ты не против? Глаза болят.

– Тереться? Я об тебя?! И не надо выключать свет! – сказала я, но было уже поздно. В комнате остался только мягкий свет напольной лампы в углу комнаты.

Высокая широкоплечая тень надвигалась на меня, как Луна на Солнце во время затмения.

– Двигайся, - присел Матвей на край моей кровати.

– Зачем?

– Греть тебя буду. Лучше, конечно, делать это голенькими, но, боюсь, в таком случае, твоя мать точно меня за бороду и за окно. Двигайся-двигайся, - пошлёпал он меня мягко, но настойчиво по ноге.

Как в каком-то трансе я отодвинулась к краю кровати и освободила место для Матвея. Не уверена, что ему этого хватит, но сам напросился.

Матвей откинул край одеяла в сторону и застыл, начиная откровенно надо мной смеяться.

– Я смотрю, у меня тут конкурент? – потрепал он моего плюшевого медвежонка. Взял его одной рукой и усадил в компьютерное кресло рядом с кроватью. – Для сегодняшних ночных процедур он недостаточно волосат. Согреваться будешь мной.

Сказав это, Матвей, неуклюже прилег рядом со мной. Поправил подушку под своей головой и недовольно поводил плечами.

– Тесновато как-то, - нахмурился он. – Давай так, - подняв руку, что была ближе всего ко мне, он деликатно подвел ее под мою голову.
– Ложись на моё плечо.

– Не буду.

– Я маму твою позову.

– Это читерство.

Цокнув, аккуратно прижалась щекой к теплому плечу. Удобно. Машинально укрыла себя и Матвея одеялом.

– У тебя запор? – спросил вдруг Матвей через несколько минут.

– В смысле?

– Расслабься, - приобнял он меня за плечи одной рукой. Второй – поправил на мне одеяло, подтянув его до подбородка. – Всё. Теперь спи.

– Матвей. Это уже перебор.

– Перебор, Рита, это не спать из-за тебя уже хрен знает сколько. Не хочешь спать сама, дай выспаться хотя бы мне. Надеюсь, пока ты прижата к стене, никуда не денешься?

Несколько минут лежала в тишине. Прислушивалась к дыханию Матвея, следила за тем, как вздымалась его грудная клетка в такт дыханию.

Плавно подняла взгляд выше – в густую бороду, пухлые губы, острый нос, в закрытые глаза. Похоже, он действительно уснул.

Не зная, куда деть руку, аккуратно положила ладонь правой руки на его грудь справа. Задержала дыхание и успокоилась, когда никакой реакции от него не последовало.

Кажется, рядом с ним, и правда, гораздо теплее.

– Ты ведь приехал, потому что мы друзья? – спросила я шепотом, особо не надеясь получить ответ от спящего мужчины.

– Если тебе приятно использовать нашу дружбу как контрацептив, то можешь еще немного попользоваться. Но это последний раз, - ответил Матвей, не открывая глаза.

Глава 29. Рита

Внезапный приступ кашля вынудил меня проснуться, подтянуть колени к груди. За неимением альтернатив и сообразительности у еще не до конца проснувшегося мозга, пришлось приглушать кашель рукавами толстовки, натянутыми до кончиков пальцев.

– Тише-тише, - уткнулся мне в макушку чей-то нос. Тяжелая рука обвила талию и притянула к торсу. – На тумбочке вода. Хочешь?