В кухонном шкафу нарыл фонарик, который можно прицепить крючком к потолку, чтобы он светил, как люстра. На цыпочках поднялся на второй этаж в свою комнату, где из-под кровати достал спальник и коврик к нему. На диване Рите точно спать не стоит: он либо доломается, либо её сожрут крысы, гнездо которых, наверняка, в нем находится. А там не только тараканы, там ещё и сколопендры могут быть. По-моему, я видел одну засушенную в дыре дивана.

Аж передернуло.

Можно, конечно, попробовать пригласить Риту переночевать у меня, но, насколько я успел понять её характер, эта девчонка точно не согласится и, скорее всего, побьёт меня ещё и кочергой.

Столь же тихо покинул свою комнату и прошёл мимо двери, за которой приглушенно хихикала Майя – девушка среднего братца.

Вот Монька продуман! Родил, блин, себе гарант того, что его свидания будут проходить в тепле и уюте. А мне сейчас обратно тащиться и делить Ритино внимание с грязной кошкой в доме, который светится от дыр, проеденных временем.

Вспомнив о шерстяном комке, спустился в кухню, где взял маленькую коробку жирного молока. Пусть одна помнит мою доброту, а другая видит, какой я щедрый. Могут и наоборот, в общем-то. Лишь бы повторно не получить по хребтине.

В этот раз, прежде чем войти в домик, я постучался. Прижимая котенка к плечу, Рита открыла мне дверь и самодовольно ухмыльнулась.

– Быстро учишься.

– У учителя рука тяжелая, - произнес я многозначительно и прошёл в гостиную, обойдя Риту по дуге. – Это твоей Сосиске, - оставил коробку молока на столе. – Это тебе, - положил на диван спальник и коврик. – А это нам, - к старому проводу от лампочки я подцепил светодиодный фонарик и нажал кнопку. – Можно поярче, можно потусклее, а можно, вообще, устроить дискотеку, - сменял я режим за режимом.

– Оставь тот, что потусклее. От всех остальных глаза болят. А это что? – спросила Рита, указав взглядом на мешок на диване, когда задула все свечи в доме.

– Твое спальное место на эту ночь, чтобы тебя крысы не съели.

– А почему ты так обо мне печешься? – вдруг спросила Рита, глядя на меня с очень недоверчивым прищуром. – Ты маньяк какой-то или вуайерист? С чего вдруг такая доброта?

– Помочь соседке по-соседски – это уже преступление? – вскинул я удивленно брови.

– Это уже подозрительно. Возможно, для вашего старого поколения, помогать друг другу – обычное дело, но наше поколение к такому относится с подозрением. Ещё и ночью.

– Простите нас динозавров!
– всплеснул я руками. – За доброту и внимательность нашу простите! – говоря на старый лад, даже поклон ей отвесил.

– Не ёрничай, - нахмурила Рита бровки. – Ты понял, о чём я.

– Нет. Не понял. Объясни-ка мне, старику, да погромче, чтобы я услышал и понял, в чём был неправ и где провинился.

– Мы сейчас ругаемся, как семейная парочка. А у меня парень, вообще-то, есть.

– Поздравляю, - выплюнул я, почувствовав неприятный укол. – А у меня нет парня. Я правильно ответил? Для вашего, молодого, поколения, наверное, лучше уточнять этот момент?

– Не утрируй.

– Что? – гаркнул я, прикинувшись глухим. – Ты, молодка, не кидайся такими словами. Или кидайся ими, но со словарём. Я ещё с вуайеристом не разобрался.

Прикрыв на мгновение глаза, Рита будто бы перевела дух или же с чем-то смирилась.

– Спасибо, - сказала она шумно выдохнув. Как одолжение сделала.

– За что? – давил я бессовестно. – Расскажи-ка динозавру, за что его благодарят.

– За заботу, - спаясничала девушка. – Если ты, и правда, делаешь всё это от чистого сердца, то спасибо.

– А если не от чистого? – специально скользнул по ее фигуре сальным взглядом. – Что тогда?

– Тебе напомнить, какая у меня тяжелая рука?

– Выбивалку не отдам.

– Я и сама могу быть отличной выбивалкой, если понадобится. Хочешь проверить? – нисколько не стушевалась Рита, а наоборот даже подошла ко мне вплотную, будто мы с ней находились на ринге перед самым началом боя.

– Давай дружить? – протянул я ей руку для пожатия.

– Боишься меня? – на красивом лице не дрогнул ни один мускул. Она даже взгляд в сторону не отвела.

– Когда ты вот так на меня смотришь – боюсь.

– Хорошо, - одобрительно кивнула. – Тогда будем дружить, друг Матвей, - пожала она мою руку, но как-то уж очень сильно.

– Хорошо, что в знак дружбы нужно руку пожимать, а не шею.

– Да. Повезло тебе. Пока что.

Глава 4. Мотя

– Не хочу показаться негостеприимной и наглой, но, может быть, ты уже уйдёшь?

От подобного заявления и тона Риты я на секунду подумал, что мне показалось.

– Что?

– Просто уже поздно и я хочу спать, - пояснила она многозначительно. – Ты разве не хочешь?