Я ждала. Ждала, что будет недовольство. Но этого не было. Он молчал.

– Анвар?

– Что?

– Что-то случилось?

– Возвращайтесь.

На этом он положил трубку и больше ничего не сказал.

– Нам нужно поехать домой.

– Конечно.

Быстро расплачиваюсь за наш обед и сажусь с Динарой в такси.

Пока мы едем, я раздумываю о голосе мужа. Он был каким-то уставшим, каким-то странным. Но почему он позвонил? Почему попросил вернуться?

Войдя в дом, я не решаюсь искать Анвара в каждом уголке. Тем более пересекать границу между территорией старшей жены. Но когда дохожу до двери, ведущей в мою половину дома, слышу дикий рев и звук разбившегося стекла.

Сердце останавливается.

Это был такой душераздирающий крик, что мне стало больно в груди.

Сейчас я уже не думала о границах, поэтому побежала туда, откуда доносились звуки.

Мне навстречу выбежала мама Динары и попыталась остановить.

– Не ходи туда. Не стоит…

– Этой мой муж, – убрала ее руки к моих плеч и вошла в зеркальное отражение своей части дома.

Анвар был в гостиной. Кругом валялись осколки битого стекла, а мужчина сидел на полу, облокотившись на стену спиной. Его голова была опущена, а одно колено согнуто и поднято вверх. С него свисала его окровавленная рука, с пальцев которой капали красные капли, образуя маленькую лужу.

– Ах… – не удержалась и вздрогнула.

Я не видела так много крови никогда.

Это привлекло внимание мужа, и он поднял голову. Его взгляд остановился на мне, а после опустился снова в пол, как и голова.

– Чего тебе, Сания?

– Я услышала шум.

– И что?

– Пришла посмотреть, что происходит.

– Посмотрела. Можешь идти к себе.

Было ощущение, что сейчас я шла по стеклу. Стеклу сломленного голоса. Это хрустели разбитые буквы сорванных с его губ слов.

– Анвар, тебе нужна помощь.

– Не нужна. Мне не нужна. Уходи.

Я не знала, как поступить. То, чему учила меня мама и что я знала о браке, уже шло вразрез с тем, что я имела. И нет пособий по поведению в тех или иных ситуациях. Остается следовать инстинктам.

Я побежала к себе и нашла аптечку при помощи Динары, а также основные препараты, что будут нужны. Мне показалось невежливым лазить по вещам Лейлы.

Когда я вернулась, муж был в том же положении и на том же месте.

Подойдя, я села не очень близко. Не потому, что боялась, что он ударит или оттолкнет, учитывая то, как он со мной обращался, просто… это показалось правильным решением.

– Я сказал…

– Я слышала, что ты мне сказал. И я бы так поступила, – вытаскиваю перекись водорода, ватные тампоны и полотенца, потому что мне так не разглядеть, откуда идет кровь и как сильны его раны. – Я бы ушла, но вызвала скорую помощь. Однако я не знаю языка, не знаю номера больницы.

Он не сопротивлялся моей помощи, и это казалось хорошим знаком.

Наступила тишина. Пусть лучше она, чем слова, которые ранят.

Добравшись до порезов, я выдохнула, что это не вены, но они все же были глубокими.

– Необходимо в больницу, Анвар. Пластырем такое не закрыть.

Он хмыкнул и впервые поднял голову, чтобы посмотреть на меня. Анвар выглядел сонным, разбитым, так же как и его руки. Словно он не спал неделю.

– Ты… – он словно остановился себя от следующих слов, передумал. – Спасибо, а теперь уходи, Сания.

– Что случилось? – решаю игнорировать.

– Разве не видно?

– То есть, ты приехал и решил разбить что-нибудь? Просто так?

– Какая разница, м?

Ладно!

Никакой разницы мне нет.

– Для чего нужен этот брак, Анвар? Видно же, что я не должна быть здесь. Не по твоему желанию.

– Какая, к черту, разница? – опять те же слова. – Или ты бы предпочла выйти за владельца лавкой Сами?

Не понимаю, почему он заговорил о нем, но не заостряю внимание.

– Если бы это означало счастье, то…

Он сузил глаза, а я поняла, что мне не стоило говорить этого.

– Наш брак даже не назвать настоящим. Ты не разделил время, поселил нас с первой женой под одной крышей. Уже совершено много ошибок.

Он хмыкнул, и его губы скривились.

– Постель? То есть если бы брачная ночь была по закону, то ты была бы довольна?

Мой рот открылся, но я не знала, что ему сказать. Он совершенно не понял, о чем я говорю, или делал это намеренно. И звучало все это так, будто я какая-то распутница.

– Речь не об этом. Но брак – это все вместе. Не мне тебя учить.