— А вот магия Rio Oscuro — нет. Слава богам, что так, — пробормотала она.

— Магия исчезла. Магия умирает, — бросил я ей в ответ, окончательно потеряв последние остатки самообладания. — Что именно, мама? Ты боишься моей пары. Ты думаешь, что она недостаточно хороша для меня. Просто скажи мне гребаную правду.

— Давай, — подзуживала ее Камилла. — Скажи ему правду.

— Ты, — я повернулся и ткнул пальцем в сестру, — не помогаешь.

— А ты — идиот. Ты ведь все это время знала, не так ли? — Она адресовала вопрос Сабине, которая пожала плечами.

Я некоторое время изучал сестру, размышляя, всегда ли так будет. Она изменилась. Я знал это. Но я не был готов к ее жестоким играм. Я не был готов к тому, как сильно Уильям изменил ее разум и чувства. Возможно, когда-нибудь я смогу ей доверять, но я не мог представить, что доживу до этого момента.

— А что насчет тебя? — тихо спросил я, прежде чем наша мать успела ответить. — Ты знала, что она — сирена?

— Признаюсь, у меня на это ушло больше времени, чем хотелось бы. — Камилла скрестила руки на груди и вызывающе посмотрела на меня. — Я слышала магию в ее крови, когда мы встретились, но я не знала, что она…

— Хватит, — оборвала ее Сабина с легкой дрожью в голосе. — Ничего хорошего из этого не выйдет. Мы должны беспокоиться об источнике магии Rio Oscuro. Потом мы сможем разобраться с похищением твоей пары.

— Ты что-то хотела сказать, — подсказал я Камилле, не обращая внимания на попытки матери прервать нас.

— Мордикум уже много лет ищет сирену, — объяснила она мне, и сердитое бурление крови в моих венах замедлилось. — Ходили слухи, что одну нашли в Штатах.

— Тею? — Я знал, что за нами охотятся, но думал, что угроза исходит от Совета и самой Камиллы.

— Сомневаюсь, — сухо усмехнулась Камилла. — Слухи ходят еще с девятнадцатого века. Как ты думаешь, почему Уильям хотел уехать в Америку?

Ее слова врезались в меня, и я рухнул в кресло. Она намекнула, но я и сам догадывался. Но ничто не подготовило меня к моменту расплаты, который наступил сейчас.

— Уильям искал сирену, — прошептал я, и внутри меня зашевелился ужас. Я закрыл глаза и попытался найти в себе искру магии Теи. С тех пор как ее похитили, она стала слабее. Теперь я ее совсем не чувствовал. Я заставил себя посмотреть на сестру. — Зачем?

— Чтобы размножаться. — На этот раз в ее словах не было ни злобы, ни жестокой радости. Вместо этого ее глаза наполнились печалью, когда она нанесла этот последний удар. — Он одержим магией — одержим поиском способа снова пробудить истинную магию. Это все, что его интересовало. Я была частью этой одержимости. Дрейки верили, что с его и моей кровью мы создадим по-настоящему могущественного вампира.

Я бросил на мать косой взгляд. Так вот почему она прятала детей Камиллы? Знала ли она? Сабина поджала губы и отказывалась смотреть мне в глаза. Сейчас она могла избегать меня, но я буду настаивать на своем. Мне нужно знать правду, и, в конце концов, моей сестре тоже.

Камилла продолжила:

— Но Уильям никогда в это не верил. Ему нужна была жена как ширма, за которой он мог бы спрятаться, пока искал более сильную магию, и нет таких границ, которые бы он не переступил в своих поисках.

— Он нашел сирену? — спросил я, хотя подозревал, что уже знаю ответ. Если да, то зачем ему понадобилась Тея? Темная магия начала бурлить в моих венах, но я подавил ее. Сейчас не время терять контроль. Мне нужны ответы. Мне нужно знать, с чем мы столкнулись, чтобы защитить Тею.

— Насколько мне известно, нет, — сказала она, тщательно подбирая слова. — По крайней мере, до Теи.

Это была моя вина. Я втянул ее в этот мир. Моя магия пробудила ее. Это разрушило гламур ее матери, перечеркнув жертвы, на которые пошла Келли Мельбурн, чтобы уберечь свою дочь. Я обещал защищать ее как свою пару. Я поклялся в этом.

А вместо этого я привел дьявола прямо к ее порогу.

— Почему именно сирена? — пробормотал я.

— Не знаю. — Камилла пожала плечами и улыбнулась едва заметной улыбкой. Она была почти ободряющей. — Он в некотором роде коллекционер. Он всегда искал новые магические существа. Всегда запирал меня и уходил искать информацию о появлении фей или оборотней, а иногда…

— Что? — потребовал я, но она покачала головой. Я поднялся на ноги и сделал шаг к ней. — Просто скажи мне. Это не может быть хуже, чем то, что я себе представляю.

— Даже ты не можешь представить такой жестокости, — прошептала она. — Однажды я зашла к нему в кабинет. Он оставил его незапертым, и то, что я увидела… — Она замолчала, содрогнувшись от воспоминаний.

И теперь у него была Тея. Теперь он вытворял с ней все эти немыслимые вещи. Теперь он мог ставить эксперименты на ней. В глазах потемнело, и я почувствовал, как изнутри в меня впились когти, а в груди забились крылья. Я больше не мог сдерживать зверя внутри. Даже я не знал, чего ожидать, когда он наконец вырвется из клетки, в которой я держал его все эти годы.