Грац, продолжая бормотать что-то церковное и не особо уместное, выбрался в люк, за ним протиснулся стрелок-радист — этот молча, только глянул как на покойника.

— Вот и ладно, — сказал Митрич, опуская люк. — Трепотни поменьше.

— Иванов, ты…

— Вот еще по званию обратись, командир. Штрафной пригрози. Без меня нельзя. Я нужный.

Олег хмыкнул:

— Слышь, Тищенко, а дед у нас особо нужный, без него нельзя.

— Смысл в том есть, — отозвался мехвод. — Может, пару раз пальнуть успеете, Митрич-то ускорит это дело.

— У меня и глаз оптический, — намекнул дед. — Вполне могу узреть того котяру.

— Ты уж не отвлекайся. Заряжай подкалиберным.

— Да вот он… аккуратный, протертый. Залу… головка, прямо сказать — симпатичная, внушающая.

Лязгнул затвор.

Олег хотел сказать, что нужно хоть сейчас посерьезнее, без пошловатостей, но дед и так серьезный, просто нервы шуткой разгружает.

— Ну и? — заерзал у себя мехвод.

— Погоди, наши на позицию выйдут. «Тигр» где-то подальше по дороге должен стоять. В голову колонны вряд ли выперся. Пойдем на скорости, и крутись, не стесняйся. Ну, ты сам знаешь.

— Знаю, — мехвод вздохнул.

Дед возился с люком, все поправлял ременную петлю с крючком, удерживающую тяжелую крышку в прикрытом, но не задраенном положении. Если подобьют и придется раненным выбираться, то сил тяжелый люк поднять может и не хватить, а так… так полегче. Фокус с куском ремня-предохранителя известный, но Митрич усовершенствовал, присобачил склепанный крючок.

— Да оставь ты хрень эту! — не выдержал Олег. — И так нормально придумано. А если шибко психуешь, сам вылазь, мы управимся.

— Не пыхай, командир. И вообще это не хрень, а малое танково-воинское изобретение. В мирное время оформили бы бумагу, нам бы знаки «Изобретатель бронетанковых войск» вручили. Там и денежная премия полагалась, кажись.

— Я бы премию квасом взял, — сказал снизу Тищенко. — Пить охота, жуткое дело, а вода во фляге — вообще не то. Ну, долго там ждать?

— Ждем. Мы, между прочим, не одни.

Двигатель, даже на малых оборотах, почти заглушал звуки боя, казалось, что снаружи дышит, ерзает и трещит костями большая корявая тварюка, может, даже кабан — щетинистый, злой, с налитыми безумием глазами. Вряд ли в здешних свинарниках этакие зверюги обитали, но вот же он — рядом, чувствуется.

Олег покачал головой и поправил танкошлем — вот же странные мысли, даже какие-то дикие, лезут и лезут.

— Чего удивляешься? — понял что-то свое Митрич. — Нормально пойдет, главное, уверенности и фарта не терять.

Ожила радиосвязь:

«Ноль-два», мы на позиции. Готовы'.

— «Принято.» Начинаю. Тищенко, жми! Поддержат нас.

Мехвод ответил что-то невнятное, «тридцатьчетверка», снося остатки ограды, рванула вперед…

Наши Т-34–85 перед атакой.

… Искажает все-таки оптика. А на дороге — ад. Месиво из машин, наверное, с километр длиной, казалось, их там все-таки меньше. Но уцелевшие обходят разбитую «голову» колонны, ползут и по полю, и по обочинам — дым там сплошной. Еще бьют по дороге из изрытой воронками траншеи саперы… и на высоте 14,7 кто-то стреляет, и в рощице бой, пылает улочка Пойз…

… все это не важно. Где гады? О «Хетцере» нельзя забывать, орудие там не подарок, тоже серьезное…

… вот же… сплошной дым. Горит самоходка рядом, хвост дыма к земле прибивает, одновременно и маскирует, и не дает дорогу рассмотреть…

…предупреждающе кричит Тищенко, «ноль-второй» клюет носом, едва не цепляет стволом орудия землю… а казалось — ровное поле, только чуть заметный подъем к дороге…

…пока не заметили немцы? А надо, чтобы засекли, должны показать себя, выдать. Сейчас все немцев ищут: наводчики и командиры «тридцатьчетверок», майор Лютов, артиллеристы у последнего батарейного орудия… если живы, конечно…

… нужно себя обозначить.

— Тищенко, «короткая»!

Понятно, что на душе у мехвода, но встает танк — явно цель на поле, уже не заслоненная подбитыми самоходками, сейчас только так и не удравшая «четверка» торчит чуть правее… гол и очевиден «ноль-второй», такой голый, что аж мурашки по спине, аж ноги у товарища Терскова холодеют…

…В прицеле машина на дороге — горят клочья тента, но прет упорно грузовик, строчит с кузова автоматчик, даже вроде зубы скалит. Пьяный что ли?

…— стрел!