– Нет.

– Ты меня удивляешь, кентурион. Это одна из самых богатых сенаторских семей в империи. Не обеднеют. А солдат, который не крадет... Таких солдат не бывает.

– Мои легионеры не крадут!
– отрезал Черепанов.
– У них есть все, что требуется. А если кто-то думает, что ему мало, мой опцион объяснит ему ошибку. Это ему по силам.

– Вот в это я верю, - согласился субпрефект.
– Я его видел.

– Командир!
– перед Черепановым нарисовался Ингенс-старший.
– Мы закончили!

– Что закончили?

– Развесили разбойников. По твоему приказу!
– Судя по довольной физиономии, опцион явно нарывался на похвалу.
– Хочешь взглянуть?

– Не хочу, но взгляну, - сказал подполковник.
– Пойдем.

Да, рвение опциона заслуживало похвалы. Он действительно быстро управился. Правда, с помощью уцелевшего местного населения (помощью, оказанной с большой охотой) и с использованием качественных лесоматериалов. Но все равно очень быстро.

Сколотить и установить полсотни крестов, пусть даже не канонических, а тех, которые впоследствии назовут "андреевскими" и которые украсят военно-морской флаг "Третьего Рима" [Имеется в виду "косой" крест, на котором был распят апостол Андрей.], работа не хилая.

– Это те, кто покрепче, - сказал опцион.
– Остальных мы просто прикололи. Что толку вешать, если они сразу загнутся. Я прав?

– Прав, - кивнул Черепанов.

Прямо над ним висел распятый германский вожак. Настоящий воин, мускулистый, покрытый хитрой вязью татуировок. Смотрел поверх голов победителей. Молча и надменно. Жилистые руки и ноги его были прикручены к дереву, но он не висел - сидел верхом на торчащем из перекрестия толстом штыре. У римлян все продумано.

Какое-то время Черепанов колебался: не распорядиться ли, чтобы германцев прикончили. Сразу. Говоря "повесить", он не имел в виду распять.

– Ты суров, кентурион, - с уважением произнес сопровождавший Черепанова Мавродий.

– Да им повезло всем, - сказал Ингенс.
– На таком холоде, голый, больше двух суток и здоровый не протянул бы.

– Как знать, - возразил субпрефект.
– Германцы выносливы.

Варварский вожак глядел поверх их голов. Что он видел там, в серой дымке, повисшей над черными стылыми полями?

"Что ж, - подумал Черепанов, глядя на чудовищную "аллею", - пусть другим это будет уроком".

– Какие контубернии не понесли потерь?
– спросил подполковник.

– Четвертая и пятая.

– Пусть останутся тут, за этими присмотрят и помогут, если что.

– Местные спрашивают: можно ли им потом дерево забрать?
– Опцион кивнул на ряд крестов.
– По мне пусть берут. Им тут ремонтировать надо.

– Пусть берут, - разрешил Черепанов.
– Молодец, Гай! Давай собирай ребят, в лагерь поедем.

– А с ранеными что?

– Тяжелых тут оставим. Домна не возражает. И лекарь у нее свой. Может, пусть остальных тоже глянет, как считаешь?

– Без надобности. Братишка мой сам справится. Он дырки на шкуре штопает - любой скорняк позавидует.

– Мелантий?

– Ну не младший же!

Оба рассмеялись.

– Мел этому делу еще в цирке научился, - сказал Ингенс-старший.
– Там, сам знаешь, порватая шкура - обычное дело.

– Не знаю, но догадываюсь.

Опцион хрюкнул.

– Шутник ты, командир! А лихо ты этого столичного фазана! "Возьми, мол, этого ряженого варвара и выясни, с кого он содрал скорлупу!" Ребята наши животы надорвут от смеха, клянусь Марсом-Мстителем!

– Не любишь ты гвардию, - заметил Черепанов.

– Не люблю. А кто ее любит? Чистюли! А жалованье - втрое от нашего. А поставят такого столичного индюка кентурионом - просто беда! Вот ты, командир, к примеру, сразу видать, с фуркой [Фурка - шест-рогатка. Специальное приспособление для переноски имущества легионера. К фурке привязывались кожаный сундучок, котелок, шанцевый инструмент, мешок с провиантом и т. п. Ее носили на левом плече. На правом легионер нес связку копий и дротиков, а также, если необходимо, обтесанное бревнышко для лагерного частокола.] на плече не ходил. Но солдата понимаешь получше меня. И работу нашу солдатскую тоже понимаешь. Думаешь, парни не видят, что ты для них сделал? Думаешь, не понимают, что без тебя нас варвары в щепу порубили бы!
– Здоровяк-опцион был не на шутку взволнован.
– Или я не прав?

– Не прав, - строго произнес подполковник.
– Мы побили варваров, потому что должны были побить. Потому что наша кентурия - это сила. И в том, что она стала такой, твоя заслуга, Гай, ничуть не меньше моей. Хорошее копье в умелой руке всегда достанет врага, а тупая деревяха сломается на первом ударе. Наша с тобой кентурия - отличное копье, Гай!

– Согласен.
– Опцион улыбнулся.
– Мы не сломаемся, командир, обещаю. Ты только направь нас в нужное место.

– Направлю, не сомневайся.
– Геннадий хлопнул опциона по плечу так, что звякнули пластины лорики.
– Давай, собирай ребят. Двинемся, пока дождя нет.