Теперь пришла моя очередь выскакивать из-за угла, что я и сделал. Нельзя было дать врагу опомниться. Между броневиками стояли пять человек, экипированные в полные доспехи, словно средневековые рыцари. Один держал в руке автоматический гранатомёт с массивным круглым коробом для снарядов, второй — здоровенную винтовку. Трое оружия не имели, и это значило, что передо мной — маги.

В мгновение ока рядом со мной появились десятка два чёрных сгустков и полетели во врага, а следом за ними — два потока тьмы. В меня тут же начали стрелять из всего подряд, и в мою защитную пелену попали огненный шар и два булыжника, а так же две-три гранаты и несколько рубрумитовых пуль.

Ничего ужасного со мной не произошло: дымка поглотила всё.

Один из магов ударил в меня мощным потоком пламени, словно из десятка огнемётов. Я дополнительно создал воздушный барьер, поскольку выглядели чары слишком опасно. Из земли стали расти камни, сковывающие мои ноги и тело, но защитная дымка растворяла породу, и та быстро осыпались пылью, не достигая нужного результата. Второй же маг земли кидался булыжниками. Они бились о воздушный барьер и ломались или отскакивали прочь.

Я же продолжил бомбардировать противника тёмными сгустками.

Первыми погибли обычные вояки — рассыпались пеплом, вторым пал маг земли, кидавшийся булыжниками, третьим — его более сильный коллега. Огневик держался дольше всех. Мощная струя пламени била в меня, не стихая ни на миг. Аж пот на лбу выступил, а от чудовищной температуры снег вокруг таял.

Наше противостояние не заканчивалось. Передо мной был великий мастер, и он никак не желал умирать. Вокруг него вращались чёрные змеи, пытаясь испепелить, а он, как ни в чём не бывало, продолжал свою нескончаемую атаку. Змеи рассеялись, пришлось отправлять вторую партию.

А потом атака прекратилась — резко и неожиданно, и в следующий миг великий мастер огня рухнул без сил на колени, рассыпаясь прахом у меня на глазах.

Вдруг второй «Носорог», стоявший шагах в двадцати за первым, резко тронулся с места. Экипаж ждал исхода битвы и, сообразив в какой-то момент, что шансов на победу нет, решил удрать. Машина задом отъехала на некоторое расстояние, развернулась, и тут её настигли дымчатые змеи, отправленные мной в погоню. Они пробили бронированный бок, уничтожили турель и прожгли двигатель. «Носорог» встал как вкопанный. Когда я переместился к нему и заглянул внутрь, то обнаружил остатки двух трупов в превращённом в решето салоне.

Мне удалось захватить лишь один «Носорог», но и этого было достаточно. Я вытащил убитых, проверил машину: все приборы оказались в норме, турель работала. Когда вылез на улицу и осмотрелся, заметил двух человек, что двигались в мою сторону по обочине дороги. Оружия они при себе как будто не имели.

— Эй, кто такие? — крикнул я. — Стоять!

Они остановились. У одного загорелся огонь в руках, осветивший лица, и я узнал Орлова и Салтыкова.

— А ты кто такой? — крикнул Орлов.

— Капитан Озёров-Сибирский. Не узнали?

— В темноте не узнал, прошу прощения — сказал Орлов, и оба бойца подошли ко мне.

Каким-то образом этим двоим удалось найти друг друга в кромешной тьме (наверное, упали рядом) и выбраться на дорогу. Вид парни имели потрёпанный: форма у обоих порвалась, а у Скрябина ещё и китель прогорел в нескольких местах. Но при этом они оставались целы и невредимы. Ни одной царапины.

— Больше никого не нашли? — спросил я.

— Нет. Тут темного, ничего не разобрать, — ответил Орлов. — Мы услышали стрельбу и побежали сюда. Думали, кому-то требуется помощь. С кем вы дрались?

— Не знаю, но они сразу стали по мне стрелять, как увидели. А один говорил, что всех выживших надо убить. Наверное, мятежники. Они же и самолёты взорвали.

— Морозовцы… Чёртовы подонки! Жаль меня здесь не было.

— У вас ещё будет возможность подпалить задницы бунтовщикам, но сейчас нам надо уезжать отсюда. Транспорт есть, — я кивнул в сторону броневика.

— Вы предлагаете оставить наших на произвол судьбы? — возмутился Орлов.

— Сейчас поисками заниматься бессмысленно. Предлагаю добраться до ближайшего города, найти телефон и связаться с базой. Надо рассказать командованию, что произошло, и дать понять, что мы живы. А утром поедем на поиски или куда прикажут.

— А я считаю, нам надо искать своих, — заупрямился Орлов. — Если мы их не найдём, их найдёт враг. Могут быть раненые, им требуется помощь.

— Где мы их найдём, если тут леса сплошные? Предлагаете по лесу бродить всю ночь?

— Если понадобится, я буду хоть сутки по лесу ходить.

Мы с Орловым оба были капитанами, поэтом ничего приказать друг другу не могли. Оставалось договариваться. С другой стороны, зачем мне его в чём-то убеждать? Пусть ищет, если хочет, а я займусь тем, что считаю нужным.