Я нахмурился.

— Ты уверена, что это безопасно? Я так понимаю, это не единственные такие бейджи? Что, если кто-то из сотрудников их потеряет? Или продаст врагам? Сама знаешь, большинство Мао ещё не прошли проверку временем. Нет никакой гарантии, что они нам верны.

— Я всё продумала, — уверила она меня, — все остальные бейджи — именные. Только те, что сейчас у тебя, не привязаны к конкретному человеку. Остальные просто не будут работать, если их возьмёт в руки кто-то чужой.

— И как именно ты это провернула? — заинтересовался я, — А главное, почему я об этом узнал только сейчас?

— Так это был эксперимент, — выкрутилась азиатка, — можно сказать, что только сейчас мы стали внедрять его в массовом порядке. И ты один из первых, кто получил этот чип.

Она хитро улыбнулась.

— А как это работает? — я помнил, что все технологичные устройства «умирают» в моих руках и удивился уверенности Лифэнь.

И она начала торопливо объяснять:

— Тут тот же принцип, что и с твоей флешкой, через которую мы с тобой поддерживаем связь. Ни с каким другим устройством, не важно биологическим или технологическим, это работать не будет. В наших бейджах я частично повторила эту технологию. Более того, они даже выглядят совсем иначе и крепятся прямо к коже с помощью серёжки или колец.

— То есть технически, если враг отрубит кому-то палец или ухо…

Она покачала головой.

— Всё равно не сработает. Я вдохновилась в том числе и нашей клановой меткой. Так что если с носителем такой безделушки что-то случится, мы моментально об этом узнаем.

— Если всё так, как ты говоришь, то это весьма полезная вещь, — похвалил я её, — когда закончишь тестировать, жду от тебя полный отчёт по ней. Возможно, удастся внедрить её у наших союзников.

— Конечно, Макс! — обрадовалась Лифэнь.

Похоже, она боялась, что получит нагоняй за самодеятельность.

Тем временем, мы уже дошли до нужного кабинета и вошли внутрь.

Сюда переехала часть амулетов, защищающих от прослушки, которые мы нашли в «Шёлке», клубе, где Мао вели свои грязные дела в столице.

Это тоже было предосторожностью от бывших триадовцев, которые могут сейчас копать против нас.

Несмотря на то что Лифэнь и Мао Вэй очень внимательно проверяли тех их соклановцев, кому можно доверить что-то больше, чем обычные стандартные задачи, полной уверенности пока не было ни в ком.

Однако, Лифэнь смотрела на происходящее с позитивом:

— Наши исследовательские и хакерские отделы значительно усилились за последнее время, — похвасталась она, — я теперь занимаюсь только самыми важными и секретными вопросами, а остальное делают новые сотрудники. Вот уж не думала, что когда-то буду радоваться наследию отца, — последнее слово она выделила с максимальным презрением в голосе, — на него работали вполне неплохие специалисты. Конечно, не такие хорошие, как я, — улыбнулась она, — но немного их поднатаскать, и у нас будет прямо очень сильный айти-отдел. Может быть, даже сильнейший в столице.

— Маловато, — отозвался я, — нужно, чтобы был сильнейший в мире.

В отличие от Лифэнь меня совсем не удивляло, что у триады были хорошие специалисты в этих сферах. Для клана, который плотно увяз в криминале, крайне важно иметь как можно больше информации о важных людях и событиях, чтобы вовремя на это влиять и принимать решения.

Конечно, на уровне уличной банды, это всё ерунда, но для большого преступного синдиката — буквально вопрос выживания. Это раньше бандиты решали свои вопросы кулаками и ножами, а теперь весь мир наполовину погрузился в сеть.

— Устроим, — пообещала Лифэнь, — со временем.

— Ладно, давай перейдём к делу, — поторопил её я, — ты же не только ради бейджей меня сюда вызвала?

— Не только, — кивнула она и прошла к рабочему столу.

Надолго её не хватило, и, вместо традиционного азиатского платья, в котором я видел её в прошлый раз, она нацепила привычные для неё вещи. Кофту оверсайз и короткую плиссированную юбку, которую она словно стащила с какой-то старшеклассницы. Но, кое-что всё-таки изменилось. Теперь она носила на одном из пальцев колечко в виде обвиваюшего его дракона. Очень похожего на того, что она получила после смерти отца.

А его самого я обнаружил, свернувшимся на системном блоке компьютера, непосредственно за столом у Лифэнь. Дракончик приподнял голову, поглядел на меня и задремал.

— Кстати, как твои тренировки с духом? — поинтересовался я.

Она смутилась.

— Честно говоря… — нехотя протянула она, — хуже, чем хотелось бы. Он ужасно капризный и непослушный, а я… слишком мягкая. Поэтому большую часть времени просто дрыхнет. Если дух вообще может спать.

Я только ухмыльнулся. Не хочу её обнадёживать лишний раз, но связь с духами формируется именно благодаря общим интересам. И если дракон изображает из себя котика, значит, он охотно подстраивается под Лифэнь.