На этот случай у меня даже был готов план захвата.

Но Эсфирь перевела дыхание и пробормотала:

— Нет, он хороший… просто… он… не знаю… он совсем слаб… и в то же время силён…

— Это как? — тихо уточнил я, наклонившись к девочке. — В нём что-то плохое?

— Нет же, — мотнула головой Эсфирь. — Он хороший, говорю же. Он очень мудрый. Возможно, даже мудрее меня, хоть и выглядит, как раздолбай. Я должна с ним познакомиться…

Она уже собралась пойти мальчишке навстречу, но я ухватил её за плечо и придержал.

— Нет. Иди в подсобку. Не стоит с ним знакомиться.

В этот момент Феофан увидел Эсфирь.

Он замер у входа в магазин, то ли испугавшись, то ли смутившись. Его веснушчатая физиономия чуть порозовела, а глаза распахнулись от любопытства.

Ну а потом Феофан устремился напрямую ко мне и Эсфирь.

— Эй! Приве-е-ет! — Он махнул рукой. — Ты пророк?

За мальчиком поспешил его опекун, но тот про него будто забыл. Он поздоровался со мной, с уважением пожав руку, а потом опять посмотрел на Эсфирь.

Они разглядывали друг друга так пристально, будто смотрели в будущее.

— А ты крутая… не ожидал, — выдавил наконец Феофан.

— Ты тоже неплох, — хмыкнула Эсфирь.

Я наблюдал за странной картиной, но сам был готов моментально среагировать и отразить любую атаку Феофана или его опекуна, кем бы они ни были.

Только этого не понадобилось.

Два ребёнка продолжали пялиться друг на друга, разглядывать и изучать. В итоге минут через пять они снова заговорили.

Эсфирь показала пальцем на значок с мордой мультяшного хомяка на футболке Феофана.

— А у меня тоже есть хомячок.

— Познакомишь? — сощурился тот.

— В будущем возможно.

— В будущем всё возможно.

Они улыбнулись друг другу.

— Ну удачи, пророк, — сказал Феофан.

— И тебе, пророк, — ответила Эсфирь.

На этом они закончили свой странный диалог и распрощались, даже имени друг друга не спросили.

Эсфирь перестала пялиться на Феофана, а тот с деловым видом прикупил у меня пару Накладных кулаков, ещё раз поздравил с открытием отдела и пошёл смотреть остальные витрины вместе со своим опекуном.

— Так ты что-то увидела? — шёпотом спросил я у Эсфирь. — Есть в нём что-то плохое? Что говорят осколки?

Та посмотрела вслед рыжему мальчишке.

— Говорят, что он хороший мальчик. Правда, дерётся много и важничает. Но он очень смелый. Намного смелее меня.

Больше она насчёт него ничего не сказала, что бы я ни спрашивал. «Хороший мальчик» — вот был её вердикт. Ничего по поводу Волота или зла внутри него Эсфирь не увидела.

До самого вечера она из отдела не выходила, но когда Семён попросил меня о разговоре, я оставил девочку под присмотром Троекурова и охраны, после чего отлучился в подсобку.

Семён не стал медлить и сразу вывалил всё.

— Вот тебе карта червоточин. Там указана каждая точка из пятисот.

Я быстро пробежался глазами по листку с картой и точками. Была проделана огромная работа: теперь в масштабе я мог легко найти местоположение любой червоточины с точностью до метра.

— Спасибо, дружище! — Я крепко пожал Семёну руку. — Ты меня выручил!

Он закивал, а затем металлическим ровным голосом рассказал насчёт расшифровки части документов.

— Составитель этого исследования выяснил, что тёмный эфир прорывает границу на нулевом меридиане и только чистый эфир может его остановить. Если его не найти или не восстановить, то человечество, возможно, вымрет.

После этой новости я с минуту смотрел в его живые человеческие глаза.

Они были полны тревоги и ужаса, но искусственный интеллект не позволил бы эмоциям победить.

Это было контрпродуктивно.

Так что Семён просто сказал, что будет исследовать документы дальше и искать решение по спасению людей. Из уст человека это могло прозвучать пафосно и грандиозно, но из уст полуробота — походило на обычную задачу, которую надо решить.

Какая разница: «спасти человечество» или, например, «починить телевизор». Он бы одинаково искал решение.

— Есть ещё кое-что, — добавил Семён и на этот раз он всё же больше походил на человека, чем на бездушную железяку. — Вчера вечером к нам приходила та рыжая девушка, которая сегодня обнимала Эсфирь. Она заказала у дедушки меч. Очень серьёзная работа. Некромантский клинок для высокого ранга. Сказала, что подождёт до осени.

Глаза Семёна опять отразили тревогу.

— Почему ты выделил именно эту заказчицу? — спросил я.

— У нас редко заказывают подобное оружие, — тут же ответил он. — Эта некромантка явно готовится к серьёзному бою. И то, что она так мило обнимала Эсфирь, не вязалось с тем, с каким лицом она заказывала меч.