Шрифт:
Нелли записала все слова Феофана, даже те, которые к сказанию не относились.
— И когда это было записано? — спросил я.
— Где-то час назад, — ответил Феофан. — Мы ещё не передали информацию знакомым некромантам. Это явно про них. Но про тебя ничего нет, даже как-то неинтересно. Про Ведьму и дщерь великого зла выглядит не так круто, как про Мёртвого Князя. Ну Ведьма и Ведьма.
Услышав новое сказание от Феофана, Виринея с грохотом уронила поднос с ещё одним блюдцем и штруделем.
В то же время в квартире над магазином «Мануфактура Севера»
Семён уже несколько дней искал ключ к шифру в документах, которые ему дал Бринер, и понял только одно.
Это был набор символов, который скрывал не просто какое-то исследование. Здесь имелось послание к тому, кто будет это читать, точно зная ключ.
И если сам Бринер, далеко не глупый человек, догадался насчёт карты червоточин, то Семён добрался до более серьёзного «сообщения» в этих документах. При том, что расшифровал далеко не всё, а только часть.
Из этой части записей чётко следовало, что тёмный эфир истончает границу на нулевом меридиане и угрожает всей Палео-стороне. Расчёты учёного, сделавшего эти предположения, точно указывали, что если Палео-сторона не восстановит чистый эфир на своей территории, то тёмный эфир поглотит всё.
И не будет больше людей — они станут мутированными новыми расами, а миллионы просто погибнут. Планета изменится полностью и станет Нео-Землей с новыми видами. Не будет ничего старого, а тем, кто захочет выжить и сохранить своё человеческое существование, ничего не останется, как придумывать новые способы жизни.
— Дедушка! — позвал Семён. — Дедушка! Я нашёл что-то важное!
Дед не ответил.
Он был внизу, в магазине. Завтра должно состояться открытие, и дед доводил всё до ума. Проверял витрины, вывеску, готовил продавцов, отдавал последние распоряжения.
Семён изобразил из себя металлического голема без намёка на человеческую составляющую и начал спускаться вниз, к деду, но тут услышал, как тот с кем-то разговаривает.
— … но если вы хотите заказать у меня меч, именно по своему описанию, то это будет стоить очень дорого.
— У меня есть средства, господин Троекуров, — ответили ему приятным женским голосом. — Мне нужно хорошее оружие, а у вас, говорят, оно очень даже хорошее.
— Хм… ну что ж, это заказ серьёзный, долгий, но постараюсь сделать за пару месяцев. — В голосе деда послышался интерес, даже азарт.
И, похоже, посетительница ему понравилась.
— До осени я не тороплю, — ответила она. — И внесу предоплату уже сегодня.
— Прекрасно. Но позвольте спросить, как мне вас величать?
— Анастасия, — представилась заказчица.
Семён чуть наклонился на перила, чтобы увидеть её.
В торговом зале стояла девушка. По человеческим меркам, красивая. Рыжеволосая, стройная и… очень милая.
Книга 2
Эпизод 12
Услышав новое сказание Феофана, Виринея уронила поднос.
Грохот посуды заставил почти всех обернуться.
— Простите… — Девушка кинулась собирать с пола всё, что уронила.
На помощь ей поспешил Мефодий. Сам же Феофан лишь покосился на Виринею и продолжил жевать штрудель, пробубнив с набитым ртом:
— Так и ф-фнал, ф-фто ей моё ф-фкаф-фание не понравитф-фя.
А вот опекун мальчика, Захар, никак не среагировал на грохот, продолжая изучать меня глазами. Как и Нелли. Она лишь убрала тетрадь в сумку и осталась сидеть с невозмутимым лицом.
Они как, два цербера, охраняли Феофана.
Ну а пацан, дожевав второй штрудель и облизав пальцы, поднялся из-за стола.
— Мне очень приятно с тобой познакомиться, Мёртвый Князь. Ты правда крутой. Но надо провести вече насчёт тебя. А ты пока попей кофе.
Стоило мальчику подняться, как все остальные сделали то же самое, как по команде. А потом отправились следом за ним и его опекунами в соседнее служебное помещение.
В зале остались только двое: я и дядя Виринеи.
Как только все вышли, он сгрёб со стола череп и пересел ко мне.
— Хочешь анекдот про гробовщика, Алексей?
— Нет, спасибо, профессор Воронин, — отказался я. — Мне ещё с прошлого анекдота смешно.
Он понял меня по-своему.
— Помнится, мы с тобой расстались на не слишком позитивной ноте, Алексей, и на то были причины, сам понимаешь.