— Семён? — я уставился на дровосека.

— Не нашёл я никого, — он пожал плечами, — аристократы дел со мной иметь не захотели. А её я в трактире встретил, когда уже отчаялся.

— Ага, отчаялся и заедал горе, вместо того чтобы поисками заниматься, — Иван злобно посмотрел на Семёна.

Дровосек пожал плечами и откусил от пирога, зажатого в руке, здоровый кусок. Неужели больше не держит обиду на Анастасию за поломанные рёбра во время штурма магазина Скрабеля?

— Не ругайте Семёна, всё он правильно сделал, я же справилась, — сделав шаг вперёд, горделиво заявила девушка.

— Молодец, — кивнул я, — возьми с полки пирожок.

— Что? — переспросила девушка.

— Расслабься, — отмахнулся я, — ты умничка, спасибо.

— Давай кандалы с ноги сниму, — магесса сделала пас рукой.

От этого предложения у меня даже глаз дёрнулся. Сразу вспомнил случай, когда по её вине я чуть не погиб от броненосца. Ну нафиг! Сейчас ещё нашаманит что-то не то, а потом по врачам мотайся, отращивая себе конечности.

— Нет! Не надо, спасибо тебе, Настенька, дальше я сам.

— Может, всё-таки сниму? Это быстро, — с надеждой в голосе сказала она.

— Нет, — решительно отказался я. — Иди отдохни лучше перед дорогой. Тут твоя помощь больше не нужна, спасибо.

Анастасия наморщила носик, словно унюхала какую-то гадость. Демонстративно резко накинула капюшон и вышла из комнаты.

— Семён, тащи напильник, — заговорщическим тоном сказал я.

Тот посмотрел с непониманием, а Иван чуть не подавился от смеха.

— Не готов доверить ей свои конечности в сознательном состоянии, — улыбнулся я.

Через десять минут скрупулёзной, монотонной работы кандалы пали. И в этот же момент Иван громко ударил себя по лбу.

— Что, ключи от кандалов нашёл, а сказать забыл? — спросил я Давыдова.

Тот тяжело выдохнул, поглаживая свой лоб.

— Так у Уварова в котомке были, эх… — Иван вздохнул.

— Ладно, не переживай, куплю тебе новые, — отмахнулся я.

Ванька в этот раз не понял моего странного юмора, ну и ладно. Пора приниматься за дела, которых за время валяния на соломе явно не убавилось.

— Который час?

— Половина седьмого, — сказал Иван, поправляя цепочку карманных часов.

— Значит, время до заката у нас ещё есть.

— Почти три часа, — кивнул Давыдов.

— Тогда пойдёмте искать мои вещи, — я встал.

— Ваше благородие, — начал Семён, но увидев мою гримасу из-за такого обращения, исправился, — Антон, тебе бы сначала перекусить.

Переодевшись в приличную одежду, которую дровосек прихватил из гостиницы вместе с другими нашими вещами, я по-быстрому заправился куриным бульоном и хлебом. Если честно, от него уже тошнило. Но терять драгоценное время не хотелось. Память Антона вновь была мне доступна, поэтому я знал, что ночи в этой колонии наступают крайне резко и стремительно. К тому же я почти неделю только тем и занимался, что слушал и подмечал.

А поесть можно будет позже.

Увидел бывшего слугу. Он беспокойно переминался с ноги на ногу. Скорее всего, хотел поговорить о чём-то. Но дела больше не могли ждать, и я попросил его отложить разговор до завтрашнего утра.

Как мне стало известно, за те два дня, что я лежал, Иван организовал в поместье кипучую деятельность. Нанял артель плотников из ближайшего города, которые весь сегодняшний день приводили в порядок дом для слуг, стоявший рядом. Полноценным ремонтом это назвать сложно. Они просто подготовят пару комнат на первом этаже. Сделают в них двери, вставят часть окон, ну и по возможности разместят кое-какую мебель. Судя по тому, что в дом занесли несколько сколоченных кроватей, сегодня ночью буду спать не на полу.

Пройдя по узкой тропе на самому краю скалы, я удивился, как мне удалось проделать этот путь в истощенном состоянии. Но как говорится: «жить захочешь — не так раскорячишься».

Зашли в грот. Я сразу почувствовал, что запах отличается от того, что был в первое моё посещение. Точнее сказать, здесь была жуткая трупная вонь вместо аромата моря.

Друзья сразу зажали пальцами носы. Я же попробовал отстраниться от неприятных ощущений, убавив обоняние до минимума. Обратившись к бестиарию, я узнал, что в ту ночь на нас напали змеевидные пауки.

— Макры доставал? — поинтересовался я у Ивана.

Давыдов отрицательно покачал головой.

— Давай я достану, — сказал Семён и сразу полез в останки, — мне мужики сказали, что у таких тварей попадаются коричневые кристаллы.

— Макры же разрушаются, если их вовремя не достать, — возразил Иван. — Я поэтому и не полез доставать, минимум неделя прошла с момента прорыва.

— Разрушаются у каждой твари через определённый период времени. Вот у этих змеевидных пауков они дольше всех сохраняются в теле, почти месяц, — блеснул знаниями я, обратившись к памяти Антона.