Шрифт:
– Кассар... Любимый мой...
Сердце изнывает от ее слов, ведь я и впрямь почти на грани того, чтобы поверить, будто все это взаправду. Что она на самом деле может полюбить меня. Из моего горла вырывается хриплый стон, когда я чувствую прикосновение ее бедер к своим. Девушка нетерпеливо подается вперед, прижимаясь горячим телом все ближе и сильнее...
– Кассар, пожалуйста...
– шепчет она мне на самое ухо, и я сдаюсь.
Ни один мужчина в мире не устоит перед тем, что его любимая женщина так настойчиво просит овладеть ею.
Рывком переворачиваюсь, вжимая ее в постель, сгребаю запястья в тиски — и не понимаю, откуда вдруг появляется солнечный свет.
Несколько раз удивленно моргаю, пытаясь прийти в себя.
Чароит по-прежнему смотрит в мое лицо - но несколько обескураженно, словно бы не понимая, что происходит.
– Кассар.... Что ты делаешь? — тихо произносит она.
Я дергаюсь назад, все еще не до конца понимая, что происходит. Комната Чароит, ее постель... Мы уснули вчера здесь после полета.
А потом мне, кажется, просто приснился сон. Сон, драконье пекло.
Мне хочется провалиться сквозь землю и исчезнуть от стыда и осознания собственной ошибки, но вместо этого мне приходится кашлянуть и сказать:
– Прости, я... — голос хриплый и низкий спросонья, - Инстинкт самозащиты.
Вижу по лукавому взгляду Чароит, что она мне не верит, и потому попросту позорно сбегаю — бросаясь к тазу с водой на туалетном столике, чтобы умыться. Горячая... Когда только успела нагреть? Мне бы сейчас опустить голову в ушат с ледяной водой...
– Эрландо здесь, - слышу тихий голос за спиной и замираю, после чего резко оборачиваюсь к жене.
– Продолжай, - коротко отзываюсь я.
– Ты знал про драконов? Про то, что грядет новая война?
Шумно выдыхаю, закрывая глаза и потирая переносицу пальцами. Этого еще не хватало. Подобных разговоров в моем доме.
– Да, знал. Впрочем, меня это не касается. Я давно в отставке.
– Мой брат собирается отправиться на границу, представляешь? Туда, где самое пекло! Это его слова! Убираю руку от лица и впиваюсь в Чароит внимательным взглядом.
– Он личный гвардеец императора, - и мои слова имеют куда больший смысл, чем ее, — Ему не грозит ничего подобного. Да и войны никакой не будет, уж поверь мне, — я снова отворачиваюсь к воде, чтобы предпринять еще одну попытку привести себя в порядок.
– Время от времени драконы пытаются отвоевать себе хоть клочок магических земель... Ничего нового.
– Кассар, - Чароит тем временем встает с кровати и подходит ближе, из-за чего все мое естество неуловимо напрягается, — Нужно отговорить Эрландо. Он отправляется в Серые земли добровольцем, потому что...
– Потому что дурак, - жестко перебиваю я девушку, снова разворачиваясь к ней.
– Я обеспечил ему достойное место при дворе. Жаль, что он так им распорядился.
– Кассар! Прошу, ну пожалуйста, помоги мне!
Она могла сказать в эту секунду все, что угодно. Продолжать спорить, огрызаться, язвить в ответ на мою грубость и непреклонность. Но Чароит все равно умудряется выбрать ту фразу, которая способна тронуть мое сердце. Простая, чистая, искренняя, сказанная глаза в глаза просьба. Даже столь черствый сухарь, как я, попросту не сможет такому отказать.
– Я поговорю с ним, сдаюсь я.
– Это не поможет, — вижу, как дрожат губы Чароит, и в ту же секунду что-то надламывается у меня в груди.
Драконье пекло, пусть только она не вздумает плакать. Я не смогу смотреть на ее слезы.
– Я же сказал...
– Это не поможет, Кассар. Мы должны отправиться во дворец. Ты сможешь убедить императора отменить приказ?
– Да, но... Мы? Мы должны? Ты-то тут причем?
– хмурюсь я.
– Есть одно дело... Я должна попытаться кое-что исправить. Причину, из-за которой Эрлнадо поступил, как полный дурак и напросился на верную гибель. Понимаешь?
– Не совсем...
– Пожалуйста, Кассар, - теплая ладонь Чароит касается моего запястья, и я усилием воли заставляю себя не вздрогнуть.
– Я пока не могу объяснить всего... Просто доверься мне.
Я искренне ничего не понимаю. Вероятно, чтобы вникнуть в суть проблемы, мне нужно переговорить с Эрландо. Но сейчас, когда Чароит смотрит на меня столь пронзительным взглядом, прямо в глаза, и я буквально вижу в них отблеск едва сдерживаемых слез, я не могу сказать ей "нет". Да попроси она меня хоть сжечь сейчас все королевство, я бы это сделал. Подарил бы императорский дворец и сложил все алмазы мира к ее ногам.