— Иван, делай покупки только по списку. Пожалуйста, зря деньги не трать.

— Превратили меня в мальчишку на посылках, — громко ответил «телохранитель» и, вполне натурально сердясь, продолжил: — Еще и у хозяйки ветер в кармане гуляет. Чую пора увольняться.

— Дело, конечно, твое, — начала было говорить Раиса и внезапно замолчала. Спустя пару ударов сердца, потомственная дворянка с достоинством промолвила: — День добрый. Вы что-то хотели? Киса, ко мне.

— Киса? — переспросил мужчина высокомерным тоном. — Странное имя для зомби.

Проигнорировав фразу «незнакомца», Раиса обратилась к «воину»:

— Иван, на все про все у тебя максимум сорок минут. Мне еще готовить. Не задерживайся, — очевидно, дождавшись, когда «телохранитель» выйдет за калитку, задала вопрос посетителю: — Кто вы и что хотели?

— Князь Владимир Владимирович Волконский. Проводите меня к своей госпоже. Немедленно, — мужчина не попросил, но потребовал.

— Владислава Юрьевна сейчас не сможет вас принять, — без тени волнения сообщила наставница и пояснила: — Через пятнадцать минут она уезжает во дворец на императорское слушанье.

— Я настаиваю, — ледяным тоном бросил Волконский.

— Воля ваша, светлейший князь. Но обязана предупредить, Владислава Юрьевна не желает никого видеть, — Светлакова красноречиво примолкла. Так и не дождавшись ответа, сухо приказала: — Киса, гулять. Владимир Владимирович, следуйте за мной.

Пора. Мой выход.

Обняв ладонями кружку с остывшим кофе, я чуть больше сутулилась и принялась неотрывно смотреть на напиток.

— День добрый, Владислава Юрьевна, — совсем рядом раздался голос Волконского.

Я медленно подняла голову и молча посмотрела на мужчину. С момента нашей единственной встречи после моей дуэли с Пожарской князь ничуть не изменился: все такой же симпатичный, улыбчивый.

По внешнему виду и не скажешь, что редкостная сволочь. Так. Все эмоции прочь. Сейчас я в образе побитой жизнью моли.

— С вашего позволения, я присяду, — абсолютно не реагируя на мое молчание, глава княжеского рода уселся с противоположного края стола. — Владислава, вы же меня узнали? — он обаятельно улыбнулся.

— Вы князь Волконский, — бесцветно прошелестела я.

Мужчина стер с лица улыбку, нахмурился. Подавшись вперед, с потрясающе искренней заботой произнес:

— Влада, не стану лукавить. Я знаю, сколько на вас свалилось бед. Я хочу и могу вам помочь.

Браво, князь. Отлично играешь. Ну да и я не вчера родилась.

Не глядя на могущественного человека, безжизненно сообщила:

— Это невозможно. Я не уберегла наследство отца. Родовой особняк Метельских на днях сотрут с лица земли. Прадед подал прошение императору об аннулировании моего рода и грозится забрать брата. Юристы твердят, что у меня нет никаких шансов. Я никчемная дочь и никудышная сестра. Все кончено.

— Вы ошибаетесь, — безапелляционно заявил князь.

Я лишь горько усмехнулась и вновь уставилась в свой кофе.

— Владислава, у вас есть выход, — в голосе мужчины сквозила сила и железобетонная уверенность. Изображая слабый интерес, встретилась взглядом с Волконским. И в этот же момент он властно произнес: — Сами вы, безусловно, не справитесь. Я предлагаю защиту древнего княжеского рода Волконских. Все ваши проблемы станут моими. Вы и ваш брат никогда и ни в чем не будете нуждаться. Владислава Юрьевна, я прошу вас стать моей супругой.

Даже так? Неожиданный поворот. Предполагала, что предложит фиктивный брак с кем-нибудь из племянников: в сети писали, что сам князь женат. Когда успел развестись? Впрочем, без разницы. Эта информация мне сейчас никак не поможет.

Мне надо срочно заплакать.

Смежив веки, я вспомнила наш разговор с Костей. Тот самый, когда он сказал, что не нужна. Тьма заскулила, застонала, но гадских слез не было. Я с силой куснула губу изнутри и едва сдержала стон: чертовски больно! Через миг одинокая слезинка побежала по щеке.

То, что надо.

— За что вы так со мной? Что плохого вам сделала? — затуманенным от слез взором я смотрела на явно пришалевшего князя.

— Владислава, искренне не понимаю, что в моих словах оскорбительного. Я ведь не любовницей предложил вам стать, а выйти за меня замуж, — опытный бизнесмен озадаченно нахмурился.

Я горько рассмеялась и включила полную дуру:

— Как, ну как вы можете говорить о свадьбе? Мой род сейчас аннулируют и брата заберут. Единственного близкого мне человека отберут. Вы понимаете?!