— Пятьсот тысяч не проблема, — задумчиво сказал он. — Но раз уж мы решили поднять ставки, то почему бы не сделать это на самом деле?

— О чём ты? — осторожно уточнил Роман.

— Ты знаешь, — проговорил Вольский, — через год Лазарев и Райновский будут выбирать себе нового партнёра.

— Это только слухи, — отмахнулся от него Роман, но даже он понял, что это выглядит неубедительно. И Елизавета тут же подтвердила его слова.

— Брось, Рома, даже мы знаем, что это так.

— Верно, — согласился с ней Иван. — И выбирать будут одного из нас.

— И? — Лазарев посмотрел на них. — Что ты предлагаешь?

— Тот, кто победит в этом забеге, получит поддержку от остальных, — выдал Вольский и хищно улыбнулся. — Ты и без меня знаешь, что сейчас мы равны. Каждый из нас приносит фирме огромное количество денег. И если уж так, то пусть всё решит честная гонка. Тот, кто выиграет, получит рекомендации и выдвижение от остальных.

— Согласна, — неожиданно произнесла Голицына. — Этот вариант куда лучше, чем если твой отец и Райновский будут искать человека на стороне. А если мы решим всерьез бороться за это, то будет война. И тогда не поздоровится уже нам.

— Будет не война, Лиза, — Вольский многозначительно посмотрел на неё, — будет бойня. У Лазарева ещё есть хоть какое-то чувство милосердия. Райновский просто молча пойдет точить топор.

— И я о том же, — хмыкнула она. — Если будем конфликтовать друг с другом, это не пойдет на пользу ни нам, ни фирме. А за такое можно потерять куда больше, чем получить. Я за.

— Я тоже, — сказал Смирнов.

Роман обвёл их взглядом.

— И? Всё по-честному? Без подлянок?

— Без подлянок, — кивнули его собеседники.

— Справедливая гонка, — добавил Вольский и улыбнулся.

— Тогда я согласен.

Роман прекрасно знал, что все они жаждали получить это место. Как и то, что о любой честности теперь можно забыть…

Переезд прошёл на удивление спокойно. Конечно, оказалось непросто объяснить Ксюше, откуда и как именно у нас неожиданно появилась новая квартира, а у меня работа. Но я смог. Сделал то, что делал всегда. Рассказал ей правду.

Естественно, не всю.

Я умолчал об игре и долге, который едва смог вернуть. Расскажи я ей нечто подобное, и меня бы уже ничто не спасло. А так удалось отвлечь её. Стоило видеть лицо сестры, когда я привёз её в наш новый дом. Вещей у нас было немного. Всё уместилось в дюжину крупных картонных коробок, а разное старьё мы бросили прямо там, на старой квартире. Тащить это барахло за собой я не имел никакого желания. Хотелось просто оставить все ненужное и забыть о том клоповнике, как о страшном сне.

Да и вообще, вечер переезда получился душевным, что ли. Мы даже вещи не стали толком раскладывать, так как банально некуда было. Мебель в квартире имелась лишь на кухне. Там же стоял единственный стол с четырьмя простенькими стульями. Вот и всё. Остальную мебель предстояло покупать самому. Да, я смогу частично решить эту проблему, когда получу первую зарплату. Но это будет потом. А сейчас что? На полу спать, что ли? Хорошо ещё, что наших с Ксюшей скромных сбережений хватило на то, чтобы купить в квартиру пару неплохих матрасов. Их мы кинули прямо на пол в комнатах, которые выбрали.

С этим, кстати, тоже любопытная ситуация вышла. Мы сидели на кухне, как раз перетаскав все наши пожитки из арендованной машины, и пили чай из пары кружек, что привезли с собой.

— Так, — сказал я сестре, — настала пора решить, кому достанется комната с балконом.

Зная Ксюшу, я был уверен, что придётся за это дело побороться. Ксюша как увидела вид, открывающийся с балкона, так сразу и влюбилась в эту комнату. Из второй комнаты видок был попроще и выходил во двор жилого комплекса. Нет, там тоже красиво, но всё равно не то.

— Забирай её, — неожиданно для меня произнесла сестра и отхлебнула чайку.

— Чего?

— Забирай себе, говорю.

— С чего это такая щедрость? — тут же заподозрил я что-то неладное.

— Считай, что это мой способ поздравить тебя с днём рождения, — вздохнула она, сидя с чашкой в руках. — Я правда хотела тебя тогда поздравить, но ты домой не пришёл. А потом у нас разговор какой-то… резковатый вышел. В итоге я вообще твою днюху пропустила. Мы ведь не праздновали даже.

— Мы и раньше не особо праздновали, — пожал я плечами. — Чего париться? Это просто день, Ксюш.

— Ой, посмотрите, как мы заговорили! А на мой ты каждый год ужин устраиваешь. Вкусно готовишь, — возразила она, на что я даже спорить не стал. Готовить я любил и умел хорошо ещё в прошлой жизни. И пусть навык пришлось нарабатывать заново, но мозг, что и как, помнит отлично.

— Это потому, что я так хочу. И твой день рождения для меня важен.

— Как и твой и для меня. Вот и я говорю, забирай комнату, — не стала она сдавать назад. — Саш, пусть я этого и не говорила, но день, когда мы с тобой уехали из той дыры, один из лучших за последние годы. Я до сих пор не могу поверить и понять, как тебе это удалось, но горжусь тобой!