— Какие же вы всё-таки уроды, — медленно произнёс я качая головой.

— Эй! Полегче…

— Да пошёл ты в задницу, — огрызнулся я ему в лицо. — Вам лишь бы повеселиться. И плевать, что с этими ребятами будет. Дай угадаю, твоё «сойти с дистанции» означает позорное увольнение.

— Да. А, что ты думал?

Я лишь покачал головой.

Уроды. Просто уроды. В конец охреневшие от денег и собственной власти.

Едва я только вспомнил о тех молодых ребятах, что приходили в нашу фирму, как меня едва не затошнило. Да, многие из них не выдерживали нагрузки. Особенно в первое время. Работа была адской. Но каждый из них старался потому, что хотел делать это дело. Не важно, почему. Идеалы. Деньги. Другие причины. Они старались!

А здесь их нанимали развлечения ради. Те, кто никогда даже не знал слова такого, как «нужда».

— Засунь своё щедрое предложение себе в задницу, — холодно ответил я, после чего повернулся и пошёл на выход из квартиры.

— Александр! Подожди. Ты не знаешь, какой шанс упускаешь!

— Ага. Засунь свой крысиные бега себе в задницу. Я не стану плясать под вашу дудку, чтобы вы смотрели и ржали…

Когда я подошел к двери, меня внезапно посетила мысль.

— Что получает тот, кто дойдет до конца? — неожиданно спросил я.

— Что?

— Ты слышал.

— Ну, его не увольняют, как, должно быть, ты догадался. А ещё деньги. Но мы об этом не распространяемся.

Как я и думал.

— Значит, говоришь, что тебе надоело проигрывать?

— А, что? — послышался у меня из-за спины довольный голос. — Хочешь попытать удачу?

— Нахрен иди со своей удачей, Лазарев. Если я выиграю, то ты оплатишь моё обучение. Полностью. И получение лицензии.

Раз уж вы хотите посмеяться за мой счёт, то я и за ваш станцую.

— Любопытно. Но, с чего мне это делать?

Я повернулся к нему.

— С того, что тебе надоело проигрывать. Сам сказал.

— А ты, значит, можешь выиграть? — усмехнулся он. — Парень без образования. Против тех, кто учится в лучшем юридическом университете страны?

— Разве от этого их проигрыш не будет ещё обиднее? — спросил я его в ответ, на что получил довольную улыбку. Готов поспорить на что угодно, сейчас он представил чьё-то лицо.

— Какое, однако, безумное самомнение. А если ты проиграешь и вылетишь?

— То ты просто ещё раз проиграешь. Уверен, что твоя аристократическая гордость переживёт это. А я потеряю свой шанс на учёбу, работу и вернусь в свой клоповник. Если к этому времени его вообще не снесут.

— Знаешь, а ведь и правда, — довольно хмыкнул он. — Моя гордость это переживёт.

Он протянул мне руку и я её пожал. Не скажу, что с удовольствием, но это была возможность. Пусть странный, но всё-таки шанс выбиться в люди.

И я собирался им воспользоваться.

Об этом месте знали многие. «Император». Один из самых дорогих и роскошных ресторанов столицы. Чтобы попасть сюда, людям приходилось заказывать столик за месяц. Да и даже просто для того чтобы заказать его, требовалось знать «правильный» номер. Потому что по всем остальным каждому страждущему неизменно отвечали, что в ближайшее время все места заняты и забронировать возможности нет.

Но, как это часто бывает, были и те люди, которые могли себе позволить просто прийти сюда. Хозяева ресторана всегда держали несколько пустых столов на тот случай, если кто-то из них появится.

Роман Лазарев вошёл в ресторан уже поздно вечером. Стоящий на входе метрдотель моментально поприветствовал его и сразу же проводил в отдельный кабинет с видом на Северный залив.

В кабинете его уже ждали. Двое мужчин и женщина. Они сидели за столом. Двое потягивали коньяк, в то время как в руках у женщины был бокалкрасного вина. И Роман знал каждого из них. Сложно не знать людей, с которым работаешь продолжительное время.

Как говорил его отец: важно знать своих друзей, но знать врагов ещё важнее.

— О, вы посмотрите, кто наконец соизволил почтить нас своим присутствием! — воскликнул Алексей Вольский. — Что? Опять задержался, спасая котят с деревьев? Или придумывал, как будешь объясняться за потерянного клиента?

— И тебе привет, Лёша, — вздохнул Роман, отодвигая стул и присаживаясь за стол. — И нет. Объясняться я не собираюсь.

— Разве Гарнилов тебя не уволил? — полюбопытствовал Иван Смирнов.

— А где я, по-твоему, был последний час? — усмехнулся Роман.

— Неужто уговорил его? — искренне удивилась сидящая прямо напротив него младшая дочь графа Голицына.