– Почему честность обижает больше всего? И ты!.. Ты ведь сама уходила от меня. Столько раз! Ты каждый раз бросала меня! Ты! Не я! Почему?

Она прошептала:

– Ты не умеешь любить. Не можешь нуждаться в ком-то...

И он просто вырубил её. Усыпил. Пусть спит. Ей полезно проспаться. От своих диких идей. Да! Он не верит во все эти сопли! И обещал себе, что никогда не свяжется с женщиной серьёзно!.. Но, чтобы не нуждаться?..

Он нуждался в этой мерзавке так болезненно, что становилось страшно. И каждый раз надеялся, что она останется и доверится ему. А она уходила. Он слышал. Каждый раз. И делал вид, что спит. Почему?.. А что ему было делать? Умолять?.. Она и завтра уйдёт. И, не исключено, что к Виллису. И что? Что тогда?..

Он рывком стащил рубашку через голову. Улёгся рядом с ней. Конечно, хотелось бы, чтобы она была тут, с ним, и радовалась ему. Доверяла ему. Но раз нет?.. Что делать? Он не нарушит слово. Ничего между ними не будет. Но это не значит, что он не может получить своё хоть так...

Как?.. Да как придётся. Как захочется... Он устал быть без неё. И страх этот, что мерзавка выгорит, доконал его почти. Ходила к нему пол года худая, прозрачная, равнодушная и пустая... И его сорвало... Эльдар оказался прав: всё это... Весь этот разврат ни хрена не лечит и не облегчает боль. Ни хрена...

Он потянулся к пуговицам на смешной пижаме. Поцеловал мерзавку в шею и застонал от того, что, наконец-то почувствовал себя живым. И страшная пружина в душе со стоном и стрипом стала разжиматься...

Ему плевать, каким извратом он будет выглядеть в чьих-то глазах. Он изврат и есть. Усыпил студентку, раздел и ведёт себя с ней, как кархон со своей самкой... А что остаётся?.. Он так соскучился! Восемь месяцев!.. Восемь!.. Как он выжил вообще?..

Он не сомкнул глаза этой ночью. И универсальным щитом укрыл комнату потому, что магия его рвалась и выплёскивалась, как те самые эмоции, которые он просто не мог сдержать. Умирая, в очередной раз, рядом с ней, Дамиан вспомнил, как ругал Мара за его несдержанность с Альтеей там, в Лиметте.

Теперь он понимал. Есть вещи, которые сильнее. Тебя, принципов, разума, даже инстинктов. Безумная жажда, потребность, которую только близость может погасить. Любая близость. Для него пока только объятия и поцелуи...

К утру он привёл комнату и себя в порядок. Вернул пижаму на место. Нел ещё спала, а он сидел на кровати, скрестив босые ноги. Смотрел на неё, почти не мигая. Чувствовал себя, если не "сытым", то хотя бы в относительном ладу с самим собой. Наконец-то!

Вовремя она рассказала ему, про сидхе... Придётся поговорить с матушкой предметно. Когда-нибудь... Теперь нет никаких сомнений, что он смесок фейри. А, может быть, и не смесок вовсе...

– Я хочу проклясть его!

Нелли выпалила это и обвела взглядом подруг. Нет, не по академии. Им она не успела ещё рассказать. Но обязательно расскажет. Только Ильга была здесь потому, что она так и ходила с Нел в Гарнар.

Тут была её семья. Тай, Эль, даже Эни дома сегодня. Гарда, леди Сель, Лора, Ильга, девушки из гвардии. Всех их объединяло одно: они никогда не осудят её, что бы она ни выкинула. И помогут что бы ни было. Самые близкие!..

Она бы расплакалась от умиления, если бы Сьюлис не сбила её настрой. Уточнила своим манерным и томным голосом:

– Кого из троих ты хочешь проклясть, Ниль? Или есть ещё что-то, чего мы не знаем?..

Нелли прикрыла глаза. Вот так и бывает! Хочешь начать новую жизнь, а тебе не дадут!

Больше месяца прошло с момента начала учёбы. Она училась. Честно училась. Вернее повторяла то, что знала уже. И с нетерпением ждала чего-нибудь новенького. Начала практики, например.

А пока всё шло по накатанной. Относительно, конечно! После тех историй!.. Парни из универсов смотрели на неё с испугом, после "парада фантазий". Но, когда убедились, что она не помнит практически ничего, успокоились.

Высокородные стервы, конечно, шипели и плевались ядом, но она старательно их обходила. Дастон был паинькой. Даже странно. Ни шуток, ни издевательств, ни манипуляций. Ничего. И с парнями не мешал ей дружить. Только смотрел. Внимательно. Что он там хотел увидеть, Нел не знала. Сил и времени циклиться на нём у неё не было. Тем более, что это же Дастон! Невозможно предугадать ход его мыслей!

Виллис тоже смотрел. Тяжело и осуждающе. И гонял на занятиях. За рамки не выходил. Ни в каком из смыслов. Понятно, что это пока, и, однажды это хрупкое равновесие нарушится. Почему? Да потому, что он, наверное, видел, как Лавиль выпроваживал её из своего дома.

Декан, говоря по правде, нарывался сам. Разбудил её рано утром. Всучил одежду и отправил одеваться. Нел удивилась. Снова платье и мантия. Откуда?.. Лавиль флегматично ответил, что купил ещё тогда, зимой... Он несколько раз повторил это "зимой". Так часто, на самом деле, что ей стало неловко...

Может быть, зря она ушла тогда? Он был ведь совсем несчастным и разбитым. Нуждался в ней. И, судя по всему, мучился чувством вины оттого, что она могла выгореть. Винил себя, хотя с чего бы? Разве мог он оставить королеву Дормера без помощи и остаться с ней? Нет, конечно!