Мог ли он сорваться из-за неё и творить всю эту чернь? Нет! Вот в это она не поверила бы никогда! С чего бы? Кто она ему? К тому же это Лавиль. Ни одна из женщин не может затронуть его!

– Как женщина не затронула. Зато, как пациентка, да!- с юмором думала Нел.

И испытывала неловкость. Но только до того момента, как посмотрела в такое красивое и замкнутое лицо целителя. И вспомнила, как едва не умерла от тоски по нему, после Лиметты. Чего ей стоила беременность...

А ещё вспомнила, что не было бы у неё дочери, если бы Лавиль не был тогда не в себе. Он всех своих пассий поил сначала зельем. Постельные забавы шли вторым номером. С ней он просто забылся. Даже не с ней, а просто плохо соображал после той отравы для увеличения резерва. Оттого и вышла путаница. Он забыл влить в неё зелье. И не осознавал, что она сама была не против того, чтобы оказаться в постели с ним. Потому и вообразил себя каким-то насильником или типа того...

Нел, как говорится, вспомнила, вздрогнула и решила убираться от Лавиля побыстрее. Во всех смыслах. Она так спешила, что только потом сообразила, что он чары отвода глаз не набросил, когда выпроваживал её. Поняла это уже около общежития.

Нарывается на конфликт с Виллисом? Да, на здоровье! Её это не касается. Никаким боком.

Так всё и шло. Ни шатко, ни валко. Что в её ситуации, облегчение.

– Уже то, что к тебе в дверь не стучится Тайная Канцелярия Дормера может быть достижением и радостью!- думала Нел снова с юмором.

Куда же без этого юмора? Если Виллис гоняет тебя каждый день, так, словно решил сделать из вас с парнями команду для участия в соревнованиях между военными академиями континента? Один из ребят выдал это как-то, когда они в конце занятия валялись вповалку на газоне рядом с беговой дорожкой. Виллис тогда, помнится, скривился так, будто они ползали на тренировке, как черепахи, перешагнул через чьи-то ноги и убрался прочь.

А они остались лежать. Постанывали от полноты чувств. И пошло обсуждение:

– Да, нет!

– Бред это!

– А почему собственно бред?

– Точно! Вы засекали время за которое мы проходим теперь полосу?

– Нет...

– А ты засеки!

– И что?

– А то! Мы молодцы!

– Думаешь, Виллис решил выделиться?

– Да нет! Он не про это!

– Ха! Все про "это"! Решил, наверное, напомнить о себе королю!

– Он и так помнит о нём, поверь мне...

– С чего бы это?

– Эльдар не забывает тех, кто верен ему. Пунктик у него такой.

– Ха!

– Это факт!

– Если это факт, то почему никто не пользуется?

– Ха! Потому, мой тупой друг, что до планки короля почти никто не может допрыгнуть. Вот ты согласился бы героически умереть за него или Дормер? Сразу? Не раздумывая?

– То-то же... Потому и мало у него фаворитов...

– Тогда зачем Виллис корячится?

– И нас мучает?

– Может быть, что-то не так у него в жизни?..

Все дружно повернулись к Нел. Уставились. Что характерно, даже не осуждающе. То её "представьте себя на моём месте" крепко запало парням в голову. Они сами ценили свободу и привязались к Нел. Так что теперь? Они скажут что-ли своей подружке, чтобы та пошла и "утешила" декана, лишь бы он отстал от них? Может быть, кому-нибудь они и сказали бы такое, но только не ей, которая стремилась к свободе так же отчаянно, как каждый из них.

Кливен Кард, теперь уже второкурсник, очень сильно вытянувшийся за лето и тренированный настолько, что попал в эту компанию "мучимых", снова доказал, что мозги - его основное достоинство. Помялся немного из-за неловкости, но спросил:

– Может быть, ты, Нел, обидела чем-то Виллиса, а? Вот он и бесится? Может быть, просто поговорить с ним?

Дастон, сидевший тут же, бросил на него острый взгляд. Он не валялся, как остальные. По сравнению с теми нагрузками, что он давал себе сам, их тренировки на парах были плёвым делом. Кливен глянул на Астига спокойно и твёрдо. Есть проблема. И её нужно решать. Парни загомонили снова:

– Ну, нет, Клив!

– Чтобы Нел и обидела!..

– Эй, Фил, ты что, совсем мозги потерял? Нел ещё как может "обидеть"! Забыл что-ли её последние "фокусы"?

– Так то она не со зла!- оправдывался Фил.

Его подняли на смех. Ржали парни знатно. Так, что животы заболели. И кто-то выдохнул, прямо так, со смехом вместе:

– Ага! Даста она вон как обижает! Уже год! Мучается бедняга!

Другой, на той же волне продолжил:

– Точно! Терпит! И ничего не предпринимает. Интересно, почему?..

На этом "почему" все и замерли. Поняли, что заступили за некую черту. Их предводитель не прощал такого. Дастон спокойно оглядел "тела" и внезапно ответил:

– Я просто хочу, чтобы она выбрала меня сама.

Парни и вовсе застыли. Нел рывком села. Спросила:

– Зачем я тебе, Даст? Чего вцепился?

– Я люблю тебя. Наверное... Почти уверен. Я никогда раньше не любил. Но, похоже, что это оно и есть.

Немая сцена! Самая немая из немых! Всё-таки не зря он из них "самый". Он удивлял их всегда. В хорошем, и в плохом. Не вписывался в рамки, как бы они те самые рамки не раздвигали для него.