Там жужжали свёрла и фрезы, гремели молотки и вжикали напильники.

Ещё дальше проводилась тонкая работа и сборка…

И всё это не останавливалось ни на миг, точно во сне. В поистине восхитительном сне!

Он прошел еще несколько залов, слушая в пол-уха Бреннана и думая о своём, после чего оказался в комнате, где налаживали конвейер, потребный для патронов.

Тут высший паладин задержался надолго, ибо нет большей радости, нежели наблюдать работу мужей достойных и опытных. А те, кто собирал сложную машину, могли по праву считаться инженерной элитой Эйри, а значит – и всего мира.

И эти люди, не щадя живота своего, неустанно крепили мощь державы. Мощь, которая очень скоро понадобится.

Они ходили по фабрике еще несколько часов, и освободился Риманн лишь когда начало смеркаться.

– Что скажете, просветлённый? – с неподдельным интересом спросил Бреннан, когда они прощались.

– Всё хорошо, трудитесь столь же усердно - и будет вознаграждены.

– Слушаюсь, о благородный.

В голосе старого подчиненного слышались знакомые нотки.

– Да? Что-нибудь потребно? – сразу же понял Риманн.

– Нужно как можно скорее решить вопрос с проведением к заводу железной дороги. Это позволит отгружать мануфактуру и получать сырьё куда быстрее.

Риманн улыбнулся в бороду и отвернулся от мастера.

О да, железная дорога!

Первую – пробную – ветку запустили в мае, и с тех пор все точно с ума посходили. Каждому понадобилось возрождённое чудо Древних. Всякий жаждал, чтобы к его фабрике, городу, крепости или даже поместью подвели сей шедевр инженерной мысли. Отчего ж Бреннану быть исключением в длинной череде просителей?

Вот только…

«Ежели бы сие было столь просто... Увы, но всей моей магической силы не хватит на то, чтобы создать из воздуха рельсы, вагоны и паровозы».

Паровозов особенно не хватало.

Они успели изготовить пару к маю, к испытаниям, и достраивали третий прямо сейчас, задействовав на это немало техномагов Синана. Но сие являлось каплей в море! Пройдут годы, прежде чем удастся связать железной дорогой все части страны, сейчас же приходилось собирать силы там, где они нужней всего.

В первую очередь – в южных пределах, а ещё – на западе, в месторождениях железа и угля, кои разрабатывал род Тинтричей.

Тем мне менее…

«Нам понадобится много оружия, и чем быстрее то окажется в руках воинов, тем лучше», - подумал Риманн. – «К тому же, мы с Синаном всё равно мыслили о превращении сего городка в мануфактурное сердце Эйри и о возведении всё новых и новых фабрик».

– Я обсужу сей вопрос с сияющим, - пообещал он, - но гарантий дать не могу.

– Не смею желать большего, просветлённый, - склонился в поклоне Бреннан, провожая Риманна до бронеавтомобиля, где уже ждали водитель с телохранителями, а также пять боевых машин сопровождения.

Новая блажь сияющего заставляла старого воителя кривиться, но он с честью сносил сие неудобство. Как ни крути, а убийство виднейших чародеев Эйри есть самый очевидный ход, коий враги могут сделать до того, как заговорят ружья и пушки.

К тому же, у большой группы имелись и достоинства.

Он забрался внутрь и тотчас же принял кипу сообщений, переданных из столицы. Небольшая колонна тронулась, но старый воитель не заметил этого, погрузившись в чтение. Бойцы, замершие по краям десантного отсека, старательно не мешали ему, за что Риманн был крайне благодарен.

Увы, ничего интересного.

И главное – никаких вестей от Лехри.

– Куда же запропастился этот мальчишка? – тихо прошептал паладин.

От него не было сообщений уже добрую неделю. Последняя весть говорила о том, что он уходит на Великую Пустошь, преследовать крупный отряд беглецов, и на этом всё.

И это сильно нервировало Риманна. Лехри не мог не знать что такое бури Великой Пустоши, но…

«Но упрямство родилось раньше него», - с сожалением отметил Риманн. – «Если ученик счёл цель достойной преследования, то не остановится. О великий Луг, смилуйся над этим дурнем, пусть он потеряет след беглецов и пойдёт назад. Пусть покинет гиблые места до того, как окажется в смертельной опасности. Сохрани его, умоляю!»

Ответом, как и всегда, стала тишина.

***

– Они были тут, - Фаррел поднялся и отряхнул штаны от пыли. – Несколько суток назад, но были.

Он говорил ровно и спокойно, старался не выдавать чувств, но, кажется, недовольство просочилось наружу, потому что светлейший Лехри скривился.

– Что-то не так, светлый? – поинтересовался он.

Фаррел прикусил губу.

Говорить правду? Солгать?

Оба варианта несли риск. Но…

Но Фаррел отвечал за роту, половину которой светлейший Лехри прихватил с собой, отправившись в безумный поход, и не хотел, чтобы люди погибли. А с каждым днём шансы на это лишь росли. Каждая новая миля вглубь Пустоши увеличивала риск. Будь его воля, Фаррел давным-давно бы повернул, вот только приказы отдавал не он.