Из фамильяров я взял всех, кроме Кена. Именно они станут моей опорой в борьбе с монстрами. Так что им нужен боевой опыт, чтобы расти и развивать свои способности.

В отличие от диких мутантов, которые эволюционируют, впитывая ману, убивая себе подобных и сжирая их зёрна, моим нужно лишь одно — эфир. Он не делает моих фамильяров неуязвимыми и всемогущими, но благодаря ему они на порядок сильнее своих, если можно так сказать, сородичей. Ещё эфир — катализатор для эволюции. Чем больше его будут тратить и восстанавливать, тем быстрее будут развиваться. И поедание зёрен в данном случае вторично. По моему скромному заключению, это особой пользы фамильярам не принесёт, так как мана зёрен будет лишь загрязнять эфир, отчего будет уходить время и силы на её ассимиляцию и поглощение телом.

Единственный момент, который меня смущает с зёрнами и эволюцией, — «предрасположенность» тех или иных монстров к определённым стихиям. И думается мне, что, поглощая «правильные» зёрна, они получают своего рода генетический код, который, изменяя организм, внедряет новые способности. Научных статей на эту тему я прочитал довольно много, но всё на уровне теорий. Практические испытания на тварях если где и проводились, то доступа к этим данным у меня, к сожалению, не было. В итоге для своей коллекции зёрен я придумал лишь одно применение — скармливать их Пятнышку в качестве награды за выполнение команд. И он, к слову, уже слопал весь запас. Для него они как витаминки, ведь его источник столь огромный, что мана из зёрнышек просто-напросто теряется в нём. Он вообще её не ощущает. А вот Жужже, к примеру, когда мы экспериментировали, нужна была минимум минута, чтобы переварить зерно монстра. В это время он даже слабее становился, так как большая часть эфира из его источника пыталась разобраться с чужеродной маной. В общем, тут самому впору исследовательский институт открывать и проводить исследования. Ну или надо идти на поклон к одному человеку из Тайного совета. Думаю, он либо его люди смогут ответить на многие мои вопросы.

Каждый занимался своими делами. Я с улыбкой вспомнил о матери, которая прилетела в сопровождении множества верных помощников. Вспомнил, как Юля проводила их негласную проверку, осторожно ковыряясь в мыслях каждого во время знакомства и формального собеседования. Мало ли шпионы какие к нам таким образом решат подобраться…

Я немного выдохнул, понимая, какая огромная доля работы перешла от меня к другим людям, и что я наконец-то могу оставшиеся пару дней посвятить изломам. Мы бронировали три излома, и после зачистки первого я решил, что мы больше не будем тратить время на сбор и погрузку огромного количества добычи, трупов монстров и всего остального. Есть прыгучий щекастый склад в лице Фомченко. А у него всё было забито всяким барахлом…

Я принял волевое решение, и мы практически всё временно сгрузили. Оставили самый минимум. Сели по машинам и поехали к следующему месту битвы. Если постараемся, ещё два очка упадут в мою копилку до конца завтрашнего вечера.

— Так, ну, я разобрался, как это цеплять… Додумались, блин, инструкцию на десяти языках сделать, кроме русского! — возмущённо пробухтел Иннокентий Игнатьевич, который всю дорогу из города к излому изучал оборудование из академии.

— Это хорошо, потому что мы уже подъезжаем к защитному периметру, — сообщил я, увидев дым впереди.

Дым — стандартный маяк для своих и монстров. Специально делают тлеющие костры, что отгоняют мошкару, дают знать своим, где есть укреплённый лагерь, обороняющийся от монстров, и самим мутантам помогают понять, в какую сторону бежать, чтобы сдохнуть. Лучше ведь так, чем на слабо укреплённых позициях оборону держать.

Подъехали мы к самому концу заварушки. Мутанты решили выбраться и поискать еды, за что и поплатились.

— О, подкрепление? — встретил нас офицер в окружении бойцов. — Поздно, ребята. Основное блюдо уже закончилось. Остались только десерты, но их мы вам не отдадим.

Служивые улыбались, довольные проделанной работой. Кое-где всё ещё слышались редкие выстрелы. Оно и понятно: добивают подранков.

— Добрый день. Думаю, скоро ваша командировка и вовсе закончится. Граф Берестьев. Мы взяли обязательства по зачистке этого излома.

— А, решили разведку провести? Дело хорошее. Я, если надо, сейчас Палыча позову. Он об этом изломе всё знает. Третий раз уже сюда приехал, даже в рейды ходил. Монстров видел если не всех, что там обитают, то почти всех. Да тут всего-то с десяток подтипов и редкие одиночки с нестандартными мутациями. — И офицер с погонами майора протянул мне руку. — Меня Михаил Алексеевич Потапов звать.

— Очень приятно. Берестьев Максим Дмитриевич. Палыча можете не звать. Пусть занимается своими делами. Мы быстро. К вечеру, надеюсь, уедем уже.

Я передал бумаги, и офицер отправился их заполнять и подписывать. Пока его не было, мои бойцы вышли, чтобы размяться. Местные солдаты спустя уже минуту принялись знакомиться с моими ликвидаторами, стрелять у них сигареты и обменивались новостями.

— Вот. И всё-таки могу выделить вам своих ребят в сопровождение, а то маловат отряд у вас. Даже для разведки…

— Спасибо за предложение, Михаил Алекс…

— КОМАНДИР! — выскочил и заорал не своим голосом боец в здоровенных наушниках на голове. — ТРЕВОГА НА СЕКТОРЕ СЕМЬ А! ЧЕТЫРЕ СИГНАЛКИ РАЗОМ СРАБОТАЛИ! НЕБОЛЬШАЯ СТАЯ!

— Мобильному отряду выдвинуться к защитному сектору! — тут же сориентировался офицер, вытаскивая из-под кителя тяжёлую, экранированную от излучения, рацию. — КОЗЛОВ! РОТУ В РУЖЬЁ! СЕКТОР СЕМЬ А! КАК ПРИНЯЛ?!

— Сколько?

— Стая. Четыре «консервы» сработали.

— Принял. Выдвигаемся.