Как приземлился, тут же подскочил к дезориентированной от боли твари, и, как только она стала опускаться ниже, вогнал в раскрытую пасть копьё. Вогнал так глубоко, как только смог. Сколько бы монстров мне ни попадалось, пасть всегда оставалась слабым местом у любой из них. И это мой пятый удар. Раздражающие выстрелы в воздух в счёт не идут. Там была лишь звуковая атака, но не удар.

Копьё застряло под углом к мозгу, вонзившись в нёбную кость или что там у этой твари вместо неё было. Главное, что не пробил.

— Подавись, сволочь. — И я от души пнул металлическое древко, загоняя копьё ещё глубже в пасть монстра. Шестой удар!

От боли тварь начала бесноваться. Мотая башкой, сжала челюсти, но перегрызть такое оружие своими зубками ей было не под силу. Тварь, видимо, захотела увидеть застрявшую во рту неприятность и наклонилась. Копьё упёрлось в землю и ещё глубже вошло в голову. Монстр застыл.

Мозг был пронзён, и силы начали покидать Химеру. Через десять секунд тварь завалилась, и хвосты перестали бесполезно хлестать землю и хитин на спине.

— Ну, допустим, седьмой… — выдохнул я и повернулся к соратникам. — У каждой твари есть слабости. Но без навыков и знаний никогда не удастся перевернуть бой в свою пользу с подобной разницей в силах.

— Убийство Химеры и выстрелы привлекли много падальщиков… — кивнул Цербер в сторону приближающихся десятков Простов и Гидр.

— Ну и замечательно… — Я вернулся к трупу мутанта, откинул клешню в сторону и вырвал из его пасти своё копьё. — Я как раз достаточно размялся.

Зачищенное подземелье в этот раз принесло мне не столько потенциальную финансовую выгоду, сколько чувство самоуважения. Соколята да и все остальные смотрели на меня так, будто я полубог, спустившийся с небес.

Я отдыхал, наслаждаясь заслуженной победой, и радовался шуму возни грибов-шахтёров, грибов-собирателей, грибов-копателей, грибов-лесорубов и всех прочих вариаций Грыши, созданных Гри. Остальные ребята сортировали да отмечали добытые товары, помогали в самых сложных местах и вырезали зёрна из голов погибших тварей. Не работал только Цербер. Не пёс, а человек. Он задумчиво сидел на выкорчеванном дереве, чёрном, как сама ночь, но при этом всё ещё живом.

Мана изменила древесину, подарила материалу новые свойства. Хлоша его с радостью достала из земли вместе со своими помощниками Энтами. Одни подковырнули корнями, разрыхлили землю, а бобриха навалилась и вытащила ценную древесину из земли.

Эта древесина намного ценнее, нежели трупы монстров, и по весу идёт примерно как Химеры. Почему? Мутирует редко, хранится долго. И вариантов её применения уйма: от мебели и химической промышленности и до артефакторики. Самые лучшие экранирующие коробки для перевоза чувствительной техники делают как раз с использованием изменённой древесины. Она в качестве основы. Там, конечно, есть ещё куча различных компонентов, но всё равно дерево даёт чуть ли не половину экранирующих свойств, да и по стоимости они намного дешевле и легче в обработке, нежели металлические короба и ящики. В общем, по соотношению цена-качество такая древесина уделывает всех.

Цербер сидел задумчивый не просто так. Наш спор пусть и не был зафиксирован на бумаге, но репутация — дело такое… Рисковать ею аристократия ой как не любит. И он поступаться своим словом и не собирался. Но теперь ему надо как-то объяснить своему руководству, почему с Нового года он уйдёт из академии. Большая ли это для них потеря? Да. Найдут ли они кого-то на замену? Легко! И студентам придётся привыкать к новому суровому мужику, а то и женщине, что будет выбивать из них слабость и насильно прививать им любовь к жизни. Чтобы, даже если сил не осталось, если источник пуст и патронов тоже нет, они готовы были вцепиться в шею твари, лишь бы хоть немного, но увеличить шансы на выживание. Только так и никак иначе.

Можно сказать, он просто заинтересовался новым проектом по освоению Сибири. Главное, чтобы Цербер сам принял это и, вооружившись уверенностью, что сделал правильный выбор, написал заявление о сложении полномочий наставника академии.

Заканчивали работать мы уже при свете луны. Фома утащил всё добро в своё убежище, и мы могли ехать дальше.

— Следующий излом будет самым сложным. Ещё три дня — и его перевели бы в разряд опасных с потенциалом нашествия тварей, после чего зачищала бы его уже армия и особые отряды. Мы приедем туда через пару часов, так что постарайтесь подремать в пути.

На месте установим лагерь, укрепимся. Сражаться будем все. Я на подстраховке. Мне важно, чтобы каждый из вас использовал эту возможность для закрепления навыков и роста. Иннокентий Игнатьевич даст комментарии по увиденному и каждый должен будет постараться, чтобы превзойти себя. Скоро подобные битвы станут для вас рутиной, — проинструктировал я всех и скомандовал садиться по машинам.

Проезжая блокпост, попрощались с солдатами. Удивили их, заявив, что излом отныне закрыт, и попросили не затягивать с предоставлением отчёта и отправкой проверяющей группы этим утром.