Я покачал головой:

— Не начинай!

Мы с Николаичем уже неделю куковали в гостиничном номере, и я почти непрерывно работал над уплотнением его души, прерываясь только на сон и на «пожрать».

Я за это время настолько часто путал и обращался к нему «на ты», что он махнул рукой и предложил, в принципе, переходить на такой стиль общения. Да и, вообще, он явно определил во мне родственную старческую душу. Мы — как два старика, нашли с ним общий язык: непутёвую молодёжь обсудили, траву, что раньше была зеленее и всякое такое.

Да, я уже не старик, и ворчать уже совсем не хочется, но мысли-то свои я ещё помню…

Николаич махнул рукой, отложил парящую кружку на журнальный столик, так и не отпив чай, и с каким-то странным выражением лица облокотился на спинку кресла:

— Володь, лучше скажи, кто ты такой? Не верю я, что ты восемнадцатилетний парень! Ты, конечно, будто перманентно под дурманом, но тебе, всё равно, не восемнадцать лет. Ну, не бывает ведь так!

Я же посчитал, что, наконец-то пора, и дёрнул за нить в клубке его души, который предварительно уплотнял целую неделю. Сделал эдакий рывок.

Эффект даже превзошёл мои ожидания!

Просто стандартным уплотнением я почти добился пробуждения четвёртого колодца, но сейчас его душа дополнительно уплотнилась рывком. И не слабо так. У Спесивцева не только должен теперь пробудиться четвёртый колодец, но ещё и процентов пятнадцать от пробуждения пятого «заполнилось».

Так что в ответ на его вопрос, я лишь усмехнулся:

— Я тот, кто вернул тебе четвёртый колодец. — Затем развёл руки в стороны. — Но уж не знаю, сколько по времени он у тебя теперь будет открыт. Может, лет десять, двадцать, тридцать… пятьдесят? А, может, наоборот, сдуется быстро. Будем поддерживать связь, и если почувствуешь, что начинаешь быстро терять магические силы — сообщи мне.

Да, я думаю, что всё в порядке, и он реально помолодеет на десятки лет. Ведь когда я уплотнил свою душу, спокойно провёл пару вечностей в ветре из нитей, да и сейчас всё в порядке, но стопроцентной уверенности у меня пока нет, так что не буду обнадёживать старика раньше времени.

Старик, хотя… какой он старик?

Спесивцев на старика уже не очень-то и походил. Морщины на его лице разгладились — остались только немного мимических в уголках глаз, даже под седыми волосами начали пробиваться тёмные! Это как у седых окрашенных дам в проборе со временем виднеется белизна, только наоборот — у Спесивцева под седыми начали пробиваться тёмные! Его организм сам потихоньку начал приводить себя в соответствие с возрастом его души. А я, между прочим, Спесивцеву лет тридцать убрал. А то, и пятьдесят — шестьдесят!

В общем, уже «не старик» после моих слов притих, уйдя в себя.

Внезапно от него в разные стороны разошлись белые полупрозрачные плоскости с какими-то узорами на них. Плоскости остановились у стен, запечатав нас внутри. Затем, узоров на плоскостях добавилось, и они сменили цвет на синий. Потом, позеленели, и под конец добавилось ещё узоров. И плоскости приобрели жёлтый цвет.

Спесивцев щёлкнул пальцами, и магические плоскости мгновенно исчезли. Он посмотрел на меня буквально счастливым взглядом и хотел что-то сказать, но в дверной звонок кто-то позвонил.

Помолодевший Спесивцев посмотрел на меня вопросительно, но я пожал плечами.

Я никого не жду, тем более, что и номер-то не мой, а самого Спесивцева.

Николаич встал с кресла, прошёл к двери и, даже не смотря в глазок, распахнул дверь наружу:

— Кто?

Молодой парень в строительной одежде и с мешком за плечами посмотрел в бумажку:

— Лесков Владимир Николаевич находится здесь?

Николаич повернул голову ко мне:

— А, говорил — не к тебе.

Ну, вообще-то, я не говорил, а просто пожал плечами. Но а так — ждать я никого не ждал…

Встав с кресла, я тоже подошёл к двери:

— Я Владимир Лесков, а кто Вы?

Парень положил звякнувший мешок на пол в прихожую номера и протянул мне листок с ручкой:

— Я — курьер. А некто Озолиньш Петерис Эдгарсович подсказал, что Вас можно найти здесь. Предоставьте идентификатор на Вашем родовом планшете или покажите паспорт, после чего, распишитесь в получении посылки.

Ничего не понял!

Какой ещё нафиг посылки? От кого?

Взяв листок в руки, я не увидел толком никакой информации, которая пролила бы свет на то, что тут происходит. Просто имя получателя, вес посылки, адрес…

Ну ладно, посылка так посылка, посмотрим, что это такое…

Достав планшет, спросил, что нужно, но тот просто приблизил к моему планшету какую-то тут же пикнувшую коробочку, и слегка поклонился:

— Всё, спасибо. До свидания.

И ведь взял и просто ушёл.

Я повернул немного ошалевший взгляд на Спесивцева, но тот уже заглянул в мешок и, достав оттуда письмо, начал читать вслух:

— Владимир Николаевич, в качестве огромной благодарности в вашу сторону, состав гвардии Лесковых выполняет Вашу же просьбу — мы благодарим Вас алкоголем. Поскольку Вы сейчас в стенах Московской магической академии, мы смогли договориться с нужными людьми и организовали контрабандную доставку. С искренним уважением, гвардия рода Лесковых.