Такая традиция пошла ещё со времён столетней давности. Был тогда (ныне почивший) род Годуновых с очень мерзкой способностью — на длительное время блокировать сильнейший колодец противника. На год, а то и на два. Многие тогда, потеряв свои магические силы, вынужденно передавали главенство рода своим потомкам преждевременно. Вот только со временем, когда магический колодец «„разблокировывался“», положение главы рода восстанавливалось автоматически.

Нынче, по-факту, совсем другая ситуация. Но закон с тех времён остался неизменным, поэтому, как только Любослав вернул доступ к четвёртому колодцу — он автоматически стал главой рода.

Да, конечно, если он захочет, то может вернуть положение главы рода своему сыну, но сейчас, де-факто, именно он является главой Спесивцевых.

Долгую неделю с гаком сын корпел над душой старика, отписываясь на вопросы скупыми «ещё работаю», и Николай решил — чтобы не волноваться об исходе процедуры, просто переключиться на другие дела. А, как только Владимир закончил бы, он должен был отписаться об итогах.

Вот только, Владимир не отписался, а позвонил сам Любослав, сказал, что четвёртый колодец открыт, и что он вновь стал главой рода Спесивцевых.

После чего, заявил, что он уже в дороге и будет у старшего Лескова в гостях через папу минут, и встречать его по протоколу совсем необязательно.

Как только удивлённый Николай подтвердил, что ждёт гостя, тут же глава службы безопасности рода Лесковых доложил, что к воротам подъехала машина со старшим Спесивцевым.

Николай Лесков усмехнулся.

Обычно, предупреждают хотя бы за час. Ну, полчаса — это край…

Странно это.

А ещё странно то, что голос Святослава Спесивцева показался каким-то заспанным.

Впрочем, всё это не важно. Николай Лесков конечно же был готов принять такого важного гостя в абсолютно любое время.

Пока Николай всё это обдумывал, в дверь постучали.

— Войдите!

Дверь распахнулась, показался дворецкий рода и объявил:

— Глава рода Спесивцевых — Спесивцев Любослав Николаевич!

Вообще-то Николай, как это и подобает этикету, собирался самостоятельно спуститься в зал и встретить такого гостя. Но раз Любослав сам попросил пренебречь протоколом и обойтись без официальных церемоний, то почему бы и нет?

Хотя, обычно такое игнорирование церемонии могут себе позволить только дружественные рода — и то, чаще всё-таки следуют протоколу…

Дворецкий посторонился и в дверь зашёл Любослав Спесивцев.

Вроде бы Любослав Спесивцев…

Вернее, и он и не он одновременно.

Внутрь кабинета зашла сильно помолодевшая версия Любослава. Морщинистое прежде лицо полностью лишилось этих самых морщин. От старческой походки тоже не осталось ни следа.

Уже… не старик, но мужчина — в самом расцвете сил, вошёл пружинистой, но не совсем чёткой, походкой внутрь кабинета.

Лесков встал из-за стола, обошёл его навстречу гостю и протянул вперёд ладонь для рукопожатия. Когда же гость подошёл достаточно близко, чтобы пожать протянутую руку, в нос хозяину кабинета ударил такой жёсткий, тяжелейший запах от перегара, что он аж немного поморщился.

Заметив это, Спесивцев улыбнулся:

— Да, я немного переборщил с празднованием, но, знаете, Николай Фёдорович… молодость — она такая!

Лесков показал рукой на кресло:

— Присаживайтесь. Может, воды? Или лучше рюмку холодненькой и чего закусить в качестве «„опохмелья“»?

Спесивцев задумался на секунду и кивнул:

— Знаете, Николай Фёдорович, я, пожалуй, приму Ваше великодушное предложение и «„остограммлюсь“». Только, пожалуйста, без закуски — не то у меня сейчас состояние. Молодость — оно, конечно, хорошо, но я, всё-таки, несколько перебрал…

Лесков отошёл к столу и улыбнулся:

— Молодость… Любослав Николаевич, Вы уже второй раз про неё говорите. — Мужчина прервался, нажал на кнопку на столе и сказал в микрофон. — Анна, организуйте штоф ледяной водки и запивку. — Затем, вернул свой взгляд на Спесивцева. — Что за молодость такая? Поясните. Визуально и так понятно, что Вы помолодели, но расскажите… как всё прошло?

Гость сел на предложенное ему кресло и довольно выдохнул:

— Хорошо всё прошло! Я, знаете ли, немного привык к своему старческому телу и… как бы сказать… начал уже чувствовать скорость с которой деградирует мой магический источник. А сейчас, скорость деградации как в мои шестьдесят — то есть, в самый пик моей силы. И это не временное явление, я… действительно помолодел до каких-то шестидесяти лет!

Дверь в кабинет открылась, внутрь зашла женщина с подносом в руках и, пройдя вперёд, начала выкладывать содержимое подноса на журнальный столик рядом со Спесивцевым.