— Ты пригласи, поговорим, оценим друг друга. Может быть, предложить ему магический уровень поднять? — предложил я.

— Нет, — Александр покачал головой, — он не маг. В Москве вообще магов мало, как и алтарей, которые способствуют их развитию. Здесь другие интересы и другие деньги. Другая жизнь, сам понимаешь, — он недовольно махнул рукой, как бы осуждая за это всех московских аристократов скопом. — Ладно, раз дел пока нет, съезжу к нему, переговорю. Может быть, действительно, что и выйдет, — но было видно, что Самохин не уверен в успехе данного мероприятия.

Спалось в новом доме неплохо. Было удивительно тихо благодаря специальным артефактам, установленным на окнах и не пропускавшим шум снаружи. Да и движение на этой улице было не слишком оживлённым.

Утром я вышел к завтраку хорошо отдохнувшим и полным сил. За столом прислуживала пожилая пара слуг, которые отошли мне вместе с домом. Ещё вчера я с ними познакомился и, по совету Березина, решил оставить, тем более, появляться в Москве в ближайшее время не планировал.

После завтрака лениво листал новости, среди которых нет-нет да и попадались заметки обо мне. Как же, сам Император пожаловал мне княжеский титул. В «Имперском вестнике» была сухая и подробная информация о новом князе Виталии Алексеевиче Шувалове. Родился, вырос. Чем занимается, за что жалован. Очистка от застарелого прорыва, паладин Аннулета. Вот и все мои заслуги.

— Теперь каждая собака знает, что ты — паладин, — недовольно проворчал Александр, который тоже читал новости, сидя в кресле у окна, — ух, потянутся к тебе просители. Хороший ход — объявить об этом во всеуслышание!

— Сегодня вечером уеду в Екатеринодар, думаю, не каждый отправится в другой город со своими мелкими проблемами, — возразил я, — всё равно высшая аристократия уже пару недель знает об этом, и что-то я не заметил очереди у своих дверей.

— Это так сразу не работает, — покачал он головой, — одно дело — слухи, а другое — когда официально объявили на всю нашу необъятную Империю!

— Ну, пока есть вариант свалить всё на Никанора. Пусть будет посредником между мной и просителями. Так сниму с себя всю ответственность, заодно пусть он и занимается организацией выездов.

— Здраво, — кивнул головой Александр, — только вот нужна ли ему эта головная боль?

— Мы, вроде как, с ним договорились, что часть оплаты пойдёт на нужды братства. Так пусть отрабатывает.

— Когда вернёмся — зайди, уточни этот момент, — посоветовал он.

— Договорились, — согласился я. Тут Самохин прав. Одно дело — когда Никанор сам ищет мне варианты, и другое — если к нему народ повалит толпами, отвлекая от других задач. Тут впору свой отдел организовывать. Остаётся вопрос: как всё успеть?!

В гостиной появился пожилой слуга:

— К вам прибыл паладин братства, — доложил он. Я повелительно махнул рукой, чтобы пропустили.

В комнату зашёл божий паладин. Это был благообразный мужчина возрастом слегка за тридцать. Он мне напомнил церковнослужителей из моего прошлого мира. Длинная чёрная борода, ухоженное лицо с гладкой кожей, внимательные серые глаза и выпирающий вперёд живот, который не смогли скрыть просторные одежы.

— Меня зовут Серафим, я паладин, — он обвёл взглядом комнату, внимательно глядя в глаза каждому из присутствующих, но, видать, сразу не смог определить, кто из собравшихся является князем. Я был одет в простую одежду — лазить по пыльным подвалам в дорогом костюме мне не очень-то хотелось.

— Меня зовут Виталий Шувалов, — уверенно поднявшись навстречу, я протянул ему руку для рукопожатия.

— Рад нашему знакомству, — он окинул меня скептическим взглядом, — я, конечно, слышал, что вы молоды, но не думал встретить школьника!

— Мне восемнадцать, — стиснув зубы, ответил я ему, гордо задрав подбородок.

— Велено проводить вас к родовому особняку Новицких для осмотра их алтаря. Они ожидают, — командным тоном произнёс он, — идёмте, — после чего развернулся и отправился к лестнице на первый этаж.

Мы с Самохиным переглянулись и дружно пожали плечами.

— Как-то думал, что со мной будут более любезны, — высказал я.

— Москва, — он развёл руками, и мы, спустившись вниз, сели в мой автомобиль.

Ехали мы почти два часа. Я почему-то думал, что дом будет расположен в самом городе, но, проехав насквозь Подольск, мы проскочили ещё пару деревенек, пока не остановились у большого кованого забора, за которым виднелся не маленького размера дом. Место было живописным: дом стоял на высоком холме, а снизу протекала река, судя по карте — Пахра.

К нашему автомобилю сразу подскочил мужчина в тёмном пальто с норковым воротником.

— Я вас заждался, — визгливым голосом обратился он к Самохину, который первым вылез из задних дверей автомобиля. Вслед за ним на морозный воздух выбрался и я, — торчу здесь уже двадцать минут! — с претензией продолжал этот хлыщ.

— Это ваши проблемы, — спокойно произнёс я, подходя к воротам.

— Что? — опешил мужчина. — Да вы знаете, кто я? Как вы смеете разговаривать со мной в таком тоне?