— Так и есть, — к нам присоединился Самохин, — но энергию сосёт — будь здоров! Без твоего кольца до центра дойти практически нет шансов.

— А кольцо работает нормально только у паладинов Аннулета, — поддержал его Араслан.

— Вот и вся причина, — развёл руками Павел.

Мы недолго стояли без дела. Вскоре на нас вышли какие-то страшно уродливые животные. Они были мелкие, но при этом очень юркие. Тело — как у крысы, а голова лисицы. Острые зубы, удивительно прочная шкура и владение магией молний делало их весьма опасными. Сначала я пытался применять огненные заклинания, но толку было мало. Слишком много времени уходило на создание, да и прицельно стрелять по этим зверям я не успевал — вёрткие, заразы.

Так что, по примеру Араслана, я взялся за саблю. С ней дело пошло, особенно после того, как я напитал её магией света. Шкуры рубились на раз, а вот у остальных бойцов дела обстояли не так хорошо. Араслану требовалось чуть ли не пять ударов, чтобы завалить одну крысу, остальные отбивались ногами, усиленными магией, периодически болезненно морщась от разрядов тока, которыми их награждали мелкие твари. Самохин использовал шпагу. Её колющий удар оказался самым эффективным средством борьбы. Кончик шпаги светился магией и протыкал зверей насквозь.

В конце концов мы отбились от этого полчища мерзких созданий. В этот раз без ранений обойтись не удалось практически никому. Зубы у крыс были очень острыми, и даже у меня имелось пара глубоких укусов на ногах.

— Не хватает нам Нино, — ворчливо произнёс Араслан, заматывая мне раны бинтом, обработанным специальным магическим средством от инфекции.

— Нам бы целительницу в род, — мечтательно протянул Павел.

— Нет уж! — категорично заявил я. — Я к этому пока не готов. Если что важное, всегда можем и Нино позвать.

— Разворачиваемся? — закончив с моими ранами, поинтересовался Араслан. — Свою задачу мы выполнили. Ты огненную магию потренировал, в безумие не впал. Так что можем идти. Ещё пару раз сходим — привыкнешь усмирять огонь и без прорывов.

— Неужели ты не хочешь дойти до центра? — Я с любопытством посмотрел на него.

— Молодой глава рвётся вершить подвиги? — ехидно произнёс мой наставник. — Но, если серьёзно, мы уже не так уж и далеко от бывшей заставы, — он задумчиво посмотрел вперёд. Отсюда были видны полуразвалившийся забор и остатки зданий. Нам оставалось пройти чуть меньше километра.

— Мы много потратили магии, а нагрузка увеличивается, — хмуро покачал головой Самохин, — надо разворачиваться, не стоит рисковать!

— Мне хочется дойти до конца, — я недовольно посмотрел на него. В голове мелькнула мысль, что это безрассудство, и, возможно, воздействие искорок в моей крови, но остановиться, пройдя большую часть пути, когда цель уже видна невооружённым взглядом, было выше моих сил.

— Глава, у нас не было задачи попытаться закрыть прорыв. Вы рискуете не только собой, но и своими людьми, — сурово произнёс Самохин. Меня всего перекорёжило от его слов и тона.

— Не стоит так давить, — тихо ответил я, — ты забываешься. У меня хватит сил дойти до конца. Я здесь принимаю решения. Вы можете остаться ждать меня, но я пойду вперёд! Араслан, ты со мной? — Я выжидательно посмотрел на него.

— Пойдёмте. Мне пока удаётся держаться. На этот раз я сумею пройти дальше Павла! — Наставник слегка усмехнулся. Я сразу вспомнил, что в прошлый наш поход Араслан свалился без сознания почти у входа в особняк, а вот Павел, к моему удивлению, выдержал и дошёл со мной до самого конца. Похоже, это задело Араслана, и ему хотелось доказать себе и окружающим, что он ни чуть не хуже и на этот раз справится.

— Вы оставайтесь здесь! — Теперь уже я применил командный тон, обращаясь к Самохину и «мастерам», которые в растерянности наблюдали за нами.

— Идём, — не оборачиваясь, я двинулся вперёд.

Глава 22

Я неторопливо шёл вперёд, отключив купол истинного света. Самохин с двумя «мастерами» провожали меня недовольными взглядами, а вслед за мной уверенно двигались Араслан и Павел Богданов.

Давление прорыва усиливалось, я прекрасно чувствовал, как это место, пусть и обжигаясь, продолжает жадно вытягивать из меня магию. Как и говорил Араслан, в этом прорыве фон был гораздо сильнее. Он, как ненасытный комар, присосался к моим каналам.

— Тяжело, — не выдержал Павел, слегка поведя плечами. Он держался прямо и уверенно двигался рядом со мной. По его внешнему виду практически не было заметно, что Богданов испытывает неудобства. Лишь излишне прямая осанка и закаменевшее лицо выдавали, что каждый шаг Павлу даётся не так-то просто.

Араслан промолчал — он весь отдался борьбе с прорывом. Зубы стиснуты, на лбу выступили бисеринки пота.

— Немного осталось, — сказал я, дойдя до развалившегося каменного забора, — можете вернуться.