Однако появились жрицы богини Хаоса. И я не понимаю, где уже успел наступить на больную мозоль Маммоны.

Прежде мне не доводилось связываться с Хаосом. Об этом я и сказал Рарогу. А он не поверил и начал наливаться красным цветом, превращаясь в духа огня.

По комнате разбежался страшный жар, аж кровь на полу подёрнулась коркой. А я почувствовал себя так, будто попал в русскую баню, откуда люди не выходят, а выползают красными как раки.

— Я не знаю, почему Маммона решила избавиться от меня, — холодно отчеканил я, сложив руки на груди.

Да, Рарог силён, и он в родном мире, но и я не хрен собачий, а потомок Локи!

— Кар-р-р!

— Если ты хочешь спалить этот дом, то продолжай. Смертные тебе явно спасибо скажут. Дом довольно уродливый. А ещё подумай вот о чём… Именно из-за тебя мы не узнали, почему богиня Хаоса так невзлюбила меня. Ты появился очень некстати! Я уже почти выбил из жрицы всю правду! А твоё появление всё испортило.

Кажется, Рарог слегка охренел от моего напора. Он быстро превратился обратно в ворону и задумчиво каркнул, раздражённо посмотрев на меня.

— А где я соврал? Теперь ты просто обязан помочь мне избавиться от тел и улик. Это в твоих же интересах.

Рарог подумал немного и кивнул, после чего мы занялись делом.

Убрать всё надо было очень быстро, поскольку соседи могли вызвать полицию. Всё-таки мы со жрицами изрядно пошумели. Да и наследили…

Кровь щедро запятнала пол. Но мне всё же довольно быстро удалось замыть её, попутно достав из-под кровати остатки одноразового артефакта. Он превратился в серый песок, а изначально выглядел как драгоценный камень, напитанный энергией, добытой из особых монстров седьмого уровня.

Остатки артефакта отправились в унитаз. И туда же проследовал пепел от сожжённых тел. Трупы жриц спалил Рарог. А вот зубы и обуглившиеся кости я положил на снятую занавеску, прибавив к ним немногочисленные личные вещи девушек.

После этого я завязал занавеску в узел и швырнул в окно, выходящее в грязную безлюдную подворотню. На звук падения узла повернули головы лишь облезлые собаки, спавшие около кучи мусора.

— Откройте, полиция! — внезапно раздался хриплый голос на лестничной клетке.

— Вот и стражи порядка, — прошептал я и глянул на Рарога.

Тот каркнул и вылетел в окно, точно трусливый барыга.

Полицейские же забарабанили по двери, а та жалобно затрещала.

— Откройте, или мы выломаем дверь! — снова донёсся до меня хриплый голос. — Давай, Пётр, приступай.

— Какие нетерпеливые ребята, — пробормотал я и услышал грохот упавшей двери.

Попутно до спальни дотянулся блеск какого-то магического атрибута. Надо поторапливаться.

Я запрыгнул на подоконник и шустро телепортировался на землю, покрытую слоем окурков и разбитым стеклом.

— Херакс, — выдохнул я по привычке и подхватил узел.

Он весил не больше десятка килограммов. Поэтому у меня без проблем получилось телепортироваться на максимальное расстояние, составляющее около двадцати метров.

А затем я перенёсся ещё раз и завернул за угол, скрывшись от взоров полицейских, которые могли выглянуть в окно.

Город в это позднее время уже спал, так что улицы оказались безлюдными.

Мне без происшествий удалось преодолеть несколько кварталов и швырнуть узел в канализацию. Предварительно я порвал все вещи жриц и сломал их симки с телефонами. А вдогонку ещё и швырнул в канализацию «взрыв энергии». Он расплавил остатки того, что принадлежало девушкам.

После этого я направился домой, решив не вызывать такси, чтобы не плодить улики. Но, по идее, меня сложно будет связать с пропажей красоток. Никто не видел, с кем именно я уехал из клуба. А также никто не заметил, как мы вошли в квартиру.

Конечно, в самом клубе меня с ними видели, но это лишь повод задать мне пару вопросов. И то, если жриц вообще начнут искать. А я в этом сомневаюсь. Они же не местные. К тому же они только что прибыли, а исчезли из квартиры со всеми своими вещами, словно торопливо куда-то уехали.

Правда их вопли слышали соседи, а на полу могли остаться капли крови. Да и воздух пах палёной плотью.

Интересно, что подумают полицейские? Авось все спишут на проделки каких-нибудь монстров. Они порой залетают в Стражград.

Я хмыкнул и тотчас скривился, учуяв мерзкий запах. Он шёл из ближайшего проулка, где весь день под жаркими солнечными лучами плавился мусор. А ещё оттуда вылетали жалобные стоны и злой мужской рык.

Ну я был бы не я, если б не заглянул в проулок. А там в неверном свете луны обнаружились четыре человеческие тени.