Освободившаяся от груза ответственности мамаша наезжала в родные места раз в две недели, выгружала из авто горы подарков и гостинцев, высиживала два вечера на террасе, вынеживалась на пуховых перинах две ночи. И благополучно отбывала восвояси. В привычный комфорт, близкое окружение и в доведенное до совершенства одиночество.

Впрочем, с одиночеством Люсьен как-то не сложилось. Эмоции и амбиции требовали выхода. И находили его. Без проблем. Достаточно было набрать номер знакомого агентства и заказать сантехника или ландшафтного дизайнера. Молодого, без вредных привычек и внешних изъянов. Все остальное происходило само собой.

Специалист приезжал. Определялся фронт работ. Заключалось соглашение.

Не то, чтобы Люсьен страдала резко выраженной сексуальной озабоченностью. Отнюдь. Все как у всех. Захотела – получи. Не захотела – отправь обратно.

Да и сам по себе очередной адюльтер обставлялся весьма романтически. Сентиментальная музыка, нежные цветы, летящие одежды, томные взгляды. Красиво сервированный столик в укромном уголке сада (на случай непогоды на территории усадьбы имелись две беседки и гостевой домик со стеклянной стеной, видом на реку и всевозможными удобствами), какой-нибудь рояль в кустах, свечи по периметру (или пылающий огонь в камине – по ситуации), случайный взгляд, случайный вздох, случайное стечение обстоятельств.

Иногда фантазии Люсьен доходили до геройства избранника, иногда – до абсурда. Но подрядчики особо не кочевряжились, принимали все как есть. А чего морочиться – работа непыльная, кормят вкусно, спать укладывают мягко, дама сама по себе очень даже ничего. Да еще, если повезет, приплатят. Так что, соглашались на любые роли. И уходили с надеждой на возвращение – где еще перепадет такая халява.

Люсьен оставалась довольна. Конечно, чего-то в подобных отношениях не хватало. Надежности. Откровенности. Чувств, наконец. И еще, по мелочи. Инициативы со стороны. Нет, не в сексе, тут партнеры старались, что и говорить. В преамбуле. Во флирте. В дистанционных играх, знаках внимания, ощущении защищенности. В интеллигентности, в конце концов! Кто бы мог подумать, что на четвертом десятке у Люсьен возникнет потребность в данном атавизме! Но возникла. И возникала не раз. В самое неподходящее время.

Приходилось напрашиваться в компанию к Анне-Мари на какой-нибудь сейшн или концерт. Или отправляться в затяжное путешествие по библиотекам и театрам. Заказывать номер в столичном отеле. Со скучающим видом сидеть за чашкой обрыдлого кофе в интернет-баре. Листать скучнейшую книженцию, устроившись на парковой скамье в ближайшем от Академии наук сквере. Иногда унижаться, чуть ли не просить об одолжении. Получать. Разочаровываться. Снова слоняться по городу в поисках все тех же граблей.

Заполучив в свои сети майора милиции, Люсьен пребывала на седьмом небе от предвкушения: еще бы – от Константина (подумать только – у нее никогда не было Константина! Ни одного!!!) так и веяло интеллигентностью. Приличный мальчик из приличной семьи. Она узнавала: мама учительница, папа инженер. Надо же, такое еще случается!

Взгрустнувшая было – давненько не попадались на ее пути интеллигенты – кошечка в ее душе замурлыкала и принялась намывать гостей. Слегка опустившаяся – а чего икру метать перед залетными сантехниками – жар-птичка принялась начищать перышки. А сама Люсьен вышла на дальнюю орбиту нового приключения.

Для начала заказала у приходящей прислуги шедевральный ужин. И вызвала на дом стилиста. С материальной стороной процесса проблем не возникало – Люсьен давно научилась зарабатывать на своем соломенном вдовстве. Теперь главное – не суетиться. Пусть окунек заглотит наживку поглубже, а там уж всем ее птичкам и кискам найдется, чем заняться. Обширное биологическое разнообразие Люсьен приняло охотничью стойку.

И тут – на тебе – случился конфуз. Красавца майора подстрелили конкуренты. В самом прямом и обидном смысле. И место выбрали… Хоть волком вой. Теперь ее бравый майор не ходок. Во всех смыслах. Хоть и временно. Разве что надеяться осталось. На богатырское здоровье и чудеса современной фармакологии.

– Пациент скорее жив, – обрадовал ее прибывший по вызову доктор, – через пару деньков молодым козликом запрыгает. При надлежащем (тон и взгляд доктора вскрывали все стороны этой возмутительной многозначительности) уходе, мадам. Так что расстарайтесь…

Пара дней! Да она в лепешку расшибется! Все равно в ее стратегической концепции эти дни отводились исключительно обольщению. Главное, не переусердствовать. И не дать этому молодому гнедому жеребчику испортить далеко идущие планы!

С неожиданными приращениями в окружающем животном мире Люсьен справилась моментально: майор был накормлен и обласкан, лейтенант отправлен по запутанному, никуда не ведущему следу. Оставалось приступить к реализации проекта. Чем Люсьен и занялась, отдавшись-таки в умелые руки заждавшегося – пришлось хозяйке побегать – визажиста.

Оставалось привести себя в порядок и повторить азы обольщения.

– Отоспись пока, друг сердешный, – промурлыкала усаживающаяся в кресло перед зеркалом кошечка, – а к вечеру будь наготове…

– Свидание? – понимающе улыбнулся мастер.

Зеленоватые кошачьи глаза хитро сощурились.

– Сейчас придумаем что-нибудь особенное, – принял подачу искушенный в дамских каверзах визажист. – На чем бы остановиться? Женщина-вамп, инопланетянка…

– Золушка, – заказчица определилась со стилем без посторонней помощи. – Инопланетянку ты сделаешь из меня завтра к вечеру.