Но, моё присутствие, я так думаю, всё-таки сыграло некую сдерживающую роль. Как как я подозреваю, что если бы не оно, то общение этих двоих одними словами, пусть и весьма страстными, не ограничилось бы.

И да, я опять чуть не расхохотался, представив себе бравого генерала в его служебном кабинете, но одетым именно так, как я сейчас, то есть в миленькую пушистую розовую пижамку…

Но ладно. От этой их беседы всё же некоторая польза получилась, так как Пронин не просто обменивался любезностями и намёками, а попросил о том, чтобы его пассия нас полноценно покормила. Всё равно нам предстояло пол-часа ждать ответа от того загадочного Алекса, к которому обращался генерал, назвавшись Юстасом. А если будет еда, то время это мы проведём с пользой для наших организмов.

Надо сказать, что в больничке этой кормят отменно. То, что генеральская зазноба нам принесла, мы слопали с огромным удовольствием.

Аппетит мой, опять-таки, был простимулирован заявлением Пронина о том, что аудиенция может занять довольно много времени. Даже не сама аудиенция, как таковая — она может быть и довольно короткой, а вот все предварительные ожидания, текущие согласования, выяснение сопутствующих деталей — вот это вот всё может изрядно затянуться.

И, само собой разумеется, аудиенция — это для того, чтобы говорить и слушать. И вовсе не для пожрать, так что наедаться надо предварительно, чтобы не страдать от голода в процессе.

Мы ели быстро, ежеминутно косясь на часы. И, не успели мы отложить приборы, разделавшись с десертом, как ожил генеральский коммуникатор, разразившись пронзительной трелью вызова.

Лицо генерала тут же стало каменным. Он нажал на сенсор приёма и без каких бы то ни было паролей и прочих сложностей мы получили информацию о том, что будет с нами в ближайшем будущем:

— Через двадцать пять минут за вами приедет транспорт и сопровождающие. Аудиенция состоится сразу после того, как вас доставят в императорскую резиденцию.

После этой единственной фразы связь разорвалась. Судя по всему, никаких слов подтверждения от генерала не требовалось и создавалось впечатление того, что на том конце провода всем абсолютно всё равно, понял ли он то, что ему хотели донести, или нет.

— Ну что… — генерал обернулся ко мне, — я надеюсь, ты морально готов?

— Да, — уверенно ответил я, хотя сказать, что я уж был так вот абсолютно в себе уверен, я не могу.

В любом случае эта встреча с императором покажет мне, насколько близок я к сбыче своих мечт относительно получения земельных наделов в метрополии.

— Если сказали, что аудиенция состоится немедленно по прибытии, — с довольным видом пояснил Пронин, — то это значит, что нас принимают в серьёз.

— Ага, — подхватил я, — и теперь главное, изложить всё ясно и понятно, не размазывая сопли по столу…

— Совершенно верно, подтвердил генерал, — коротко и по делу. Император — это особа весьма занятая и на всякие прелюдии у него времени нет. Дадим ему твой ролик. Он посмотрит и, надеюсь, проникнется. Тогда уже и к действиям можно будет переходить.

— А у вас уже готов план действий по обезвреживанию злоумышленников? — поинтересовался я.

— В общих чертах, — неопределённо ответил генерал.

Тут дверь приоткрылась, и из-за неё выглянула слегка встревоженная мордаха Дарьи Дмитриевны:

— Там какие-то военные, — растерянно сказала она — говорят, их за вами прислали…

— Да, Дашенька, — успокаивающе пророкотал генерал, — не волнуйся…

— Ну, хорошо, сказала Дашенька уже гораздо спокойнее, — тогда я их к вам сюда провожу?

— Да, кстати, мундир то для меня привезли, что я вчера просил? — озабоченно сказал он, — а то предстать перед императором в этом, — он критически оглядел розовую свою пижамку, — как-то несолидно будет… Мы всё-таки по делу к нему…

— Да, Слава… — ответила сестра, и вдруг поняв, что допускает непозволительную фамильярность по отношению к целому генералу, бросила на меня растерянный взгляд.

— Да нормально всё, — улыбнулся я, — не парьтесь, я всё понимаю… Вы привлекательны, он, — я кивнул на Пронина, — чертовски привлекателен…

— Сейчас мундир принесу, — быстро проговорила сильно порозовевшая женщина и выскользнула из комнаты.

Через минуту генерал уже приступил к переодеванию. Переоделся он быстро. Конечно, в сорок пять секунд он не стремился уложиться, да и нормативы одевания по полной форме у рядовых и у генералов наверное, всё-таки различаются.

В общем, через три минуты, глядя на него, уже было трудно поверить, что этот бравый военный только что был задрапирован в розовую плюшевую пижаму.

— Даша, — позвал Пронин сестру.