— Понимаю, — я покосился на Настю, стоящую рядом со мной и старательно слушавшую, что говорит Анечка. Слышимость была отличная, и мне не нужно было напрягаться и пересказывать то, что мне только что сказали.

— Мы ждём, — добавила Анечка и отключилась.

Я осторожно положил трубку, сдерживаясь, чтобы не швырнуть её, и посмотрел на девушку.

— Похоже, этот чёртов староста знал, что делал, когда селил нас в одном доме, — наконец после почти минутного молчания сказал я. — С этой работой нашей нравственности ничто не угрожает.

— Денис… — начала Настя, но я только покачал головой.

— Я ни о чём не жалею и не обещаю, что не буду к тебе приставать, — перебил её с самым серьёзным выражением на лице.

— Давай потом это обсудим, — вздохнув, сказала она и, развернувшись, пошла к выходу из дома.

Я же смотрел, как она уходит, затем яростным движением взлохматил волосы. Хорошо, что у нас дальше одного поцелуя дело не зашло, иначе сейчас точно кто-то мог бы пострадать.

Дверь за Настей закрылась, я же пошёл на кухню. Посмотрел на стол и покачал головой. Девчонка успела за такой короткий промежуток времени убрать посуду, помыть её и добежать до меня, послушав, зачем её куда-то вызывают.

— М-да, Денис. Вот так всякие смертные и попадаются, — пробормотал я вслух и побрёл в ванную. Программа минимум у меня, как оказалось, не изменилась: нужно принять душ и спать уже завалиться.

Стоя под тугими струями, я начал расслабляться. Опершись на стену руками, подставил под воду плечи и спину, закрыв глаза. Ни разу в жизни не испытывал подобного опустошения и теперь не знал, что с этим делать.

Лёгкий холодок окутал всё моё тело, проникая даже через горячую воду.

— Вот не до тебя мне сейчас, старый извращенец, — проговорил я, не открывая глаз. — Не думал, что ты и за мальчиками в душе подглядываешь. Учти, я не потерплю, чтобы кто-то копался в моём нижнем белье, я в этом плане немного брезгливый, — громко проговорил я, не дожидаясь, пока дядюшка проявится. Знаю, зачем он заявился, нотациями своими занудить меня хочет. — Спасибо за помощь, кстати. Ты, как всегда, оказался прав с диагнозом, — добавил я. Призрак так и не проявился. Постепенно в комнате стало вновь тепло, и из-за этого контраста я даже немного взбодрился.

Решив, что хорошего помаленьку, протянул руку, чтобы выключить воду, но тут в ванной стало очень светло. Яркий, какой-то обжигающе белый свет ударил по глазам, заставляя зажмуриться, а сквозь всё нарастающий шум в голове раздался женский голос: — Моё имя Гадариэль, и я ангел небесный.

От неожиданности я чуть не свалился, и это было бы совсем нехорошо, потому что в этом случае совершенно точно ударился бы затылком обо что-то твёрдое и… привет, Асмодей, я вернулся! В каком только виде, вот в чём вопрос. С другой стороны, пернатые что, сами решили пойти на контакт с опальным демоном? Не душ, а общественная баня какая-то без смотрителя.

— Что тебе от меня нужно? — в принципе, отвечать можно было мысленно, но, проговаривая слова вслух, я сам себя успокаивал. Сердце билось в каком-то сумасшедшем ритме, и я никак не мог дотянуться до крана, чтобы выключить уже воду.

— У меня к тебе просьба, Денис, — проворковала Гадариэль. — Очень близко от тебя находится весьма ценная для нас вещь. Но я не могу явиться на землю в своём истинном обличье.

— А я здесь причём? — я всё ещё не понимал, что ей надо от меня. Гадариэль… Знакомое имечко.

Перед глазами встала картина трёхлетней давности, когда мы с ней схлестнулись на одной земле. Противная особа, мерзкая, старающаяся выслужиться перед своим начальством. Кто там у них сейчас в опале. Гавриил? Плохо. Очень плохо. Принципиальный тип, с ним не договоришься и миром не разойдёшься.

— Позволь мне воспользоваться твоими глазами, чтобы всё как следует рассмотреть. Позволь войти в твоё тело, чтобы через тебя и вместе с тобой свершить благое дело, — вкрадчиво проговорила пернатая.

— Чего? — я аж опешил. До этого быстро прокручивал про себя варианты решения проблемы, которые были один абсурднее другого, но сейчас в голове в этот момент начала биться одна-единственная мысль: они не знают. Не знают, что в теле Дениса Давыдова нахожусь я. Им зачем-то нужно, чтобы именно Денис поделился своим телом в качестве парадно-выходного костюма. Только вот хрен им всем! — Пошла отсюда на хер, шамотра пернатая! — рявкнул я, немного придя в себя и выключая воду. — Это тело занято! Убери от него свои загребущие лапы, извращенка!

— Я не понимаю… — в голосе прозвучала растерянность. — Я не чувствую одержимости…

Свет погас, шум в голове мгновенно затих. Я прислонился лбом к стене. Ангелы очень чувствительны к таким моментам, они прекрасно чувствуют, есть в человеке душа или её нет, а такое настойчивое внимание к моей персоне могло означать только одно: у меня каким-то образом появилась душа или какой-то её аналог. И также, как и падшие, типа Асмодея, ангелы пытаются давить только на тех, кто в данный момент находится в эмоциональном раздрае. И что мне сейчас с этим знанием делать? Проклятые пернатые, как же я вас ненавижу!