— Случалось всякое.

Мужские руки скользят по халату и по-хозяйски сжимают мой зад. Приятно!

— А контракт с американской компанией… Это тоже ты? — внезапно озаряет.

— Егор взрослый мальчик. Пришла пора ему двигаться дальше, — быстро отвечает Рауде и, отодвинув меня в сторону, идет в душ.

Растерянная от такого ответа, я замираю на месте. Наверняка, Лео мог организовать этот контракт и год назад, и два… С его связями единственный племянник просто обязан был стать звездой. Но «добрый» дядя не спешил.

Мечта исполнилась только сейчас. Мне дико хочется поверить, что все неслучайно. Приглашение на прослушивание поступило именно в тот момент, когда наши отношения с Егором казались самым настоящим романом.

Для посторонних мы были парой. И развести нас могла или другая девушка, или исполнившаяся мечта — контракт.

Мурашки бегут по коже от фантазии, что Рауде вмешался именно из-за меня. В маленькой темной каюте становится тесно и хочется танцевать.

Запахнув плотнее халат, я выхожу на палубу и как последняя дурочка приплясываю своим мыслям. Танцую, не замечая удивленных взглядов рыбаков. Жмурюсь кошкой, подставляя лицо солнышку.

Летаю в своих мечтах. И чуть не падаю на месте, услышав доносящийся из каюты голос Лео:

— Ирма, я прекрасно понимаю, кто стоит за всем этим дерьмом, — холодно произносит он в трубку. — Придурку своему лапшу на уши вешай. Я не давал тебе права вмешиваться в мою работу и отдавать приказы моим подчиненным! Она могла пострадать.

Продолжение разговора слушаю, затаив дыхание. К счастью, Лео и не пытается говорить тише.

— Этот выродок пытался ее изнасиловать. Ты на это рассчитывала или решила проверить мою реакцию?

От тона, каким он задает вопрос, меня обдает ледяным холодом. Наверное, хорошо, что Ирмы сейчас нет рядом, и разговор ведется по телефону. Я на ее месте уже искала бы билет в какую-нибудь далекую страну и собирала чемоданы.

— В таком случае, у меня плохие новости. Твоя шестерка больше не работает в моем центре. Нет! — добавляет после паузы. — Нет! Мне похер на то, что она сделала и чего не сделала. Выгораживать бесполезно. Можешь искать замену, но не рекомендую. Следующей я могу сменить тебя.

Не веря своим ушам, я опускаюсь на широкое кресло у штурвала. Он всерьез намекает на развод? Это вообще возможно?

— Ирма, давай без истерик. Ты хотела выяснить, как далеко это может зайти. Теперь знаешь. Время включать мозг и делать выводы.

Следующую минуту Лео больше не произносит ни слова. Мобильный все еще возле уха, но сам он смотрит сквозь открытую дверь только на меня. Спокойно, уверенно, будто принял какое-то решение и не собирается сходить со своего пути.

— Прости, что подслушала, — говорю я, когда он поднимается на палубу.

— Подслушивают втихаря. Ни ты, ни я не прятались. — Лео подхватывает меня. Сам устраивается в кресле и опускает мою попу к себе на колени.

— Ты уволил Шапокляк? — ляпаю я быстрее, чем успеваю обдумать свой вопрос.

— Кого?! — темные брови взлетают вверх.

— Блин. — Смеюсь, прикрыв рот ладонью. — Аллу. Я называла ее Шапокляк.

— Серьезно? — Лео тоже начинает смеяться. — Алла Шапокляк? — Подняв голову вверх, смеется еще громче.

Даже не верится, что минуту назад этот веселый мужчина рычал на свою жену и был похож на разъяренного тигра.

— Только не рассказывай ей. Она за такое точно не простит.

Не сдержавшись, прижимаюсь губами к губам. Не целую. Дразню и кайфую от того, как смех мгновенно превращается в желание.

— Забудь о ней, — хрипит Лео. — Алла с тобой больше не работает.

Лео проникает правой рукой под мой халат. Заставляет раздвинуть ноги. И нежно, едва касаясь, спускается с живота к развилке ног.

— Значит, я поняла правильно. Ты уволил ее.

Несмотря на случай с Алексом, мне почему-то жаль свою пиарщицу. Шапокляк никогда не унижала меня, выручала на интервью и помогала отбиваться от назойливых типов во время презентаций.

Пожалуй, в серпентарии Леонаса Рауде она была самой безобидной коброй.

— Я должен был сделать это раньше. Когда узнал об этом ублюдочном гитаристе. Зря повелся на ее обещания свести ваше общение к минимуму и закончить дурацкий роман одной фотосессией.

— А для чего она вообще с ним связалась? Это был приказ твоей жены? Зачем я ей?

Рука под халатом замирает. Лицо Лео становится серьезным.

— Прости, — прикусываю губу. — Я, наверное, слишком любопытная.

До этого я не чувствовала между нами никаких преград. Все было легко. А после моего смелого вопроса словно прошла какая-то трещина.