– Егор!
– всхлипываю у порога палаты.

Его мать отпускает мою руку и выходит за дверь.

А я иду к нему. Не кидаюсь. Хотя очень хочется. Кинуться ему на шею, обвить его руками, втиснуться в его тело - только так я могу поверить, что то, что я вижу его - это не сон и не игра моего воображения.

– Нин...
– зовет он меня.

Я вижу его глаза. И это самое главное. Можно вообще больше ничего не говорить. Я вижу то, что чувствую сама. Ничего между нами не изменилось.

И никогда не измениться. Ни спустя день, ни спустя год, ни спустя тысячу лет. Я буду всё также любить вот этого мужчину. Только его одного. И больше мне никто не будет нужен.

Опускаюсь на стул возле больничной кровати. Вместо всего того, что хочу сделать беру обеими ладонями его руку.

– Слава богу, ты - живой!
– слезы льются давно. Но я даже не пытаюсь их вытирать.

– Я так боялась... Так боялась, что он сказал правду...
– шепчу сквозь рыдания.

– Нин, не плачь. Я же обещал тебе, что всегда буду с тобой.

– Мгу, - больше ничего сказать не могу.

Лишь щекой прижимаюсь к руке Егора.

Глава 12

Егор

Я почувствовал себя живым лишь тогда, когда в мою палату вошла Нина. Пожалуй, я сам себе не отдавал отчета в том, как мне её не хватало всё это время. Не хватало её нежного голоса, ласковых рук, такой красивой улыбки и податливых губ. Её всей мне не хватало. Как будто, когда делали операцию, отрезали половину легких или сердца.

Как я боялся того, что с ней может сделать этот урод - её муж. Я уже понимал, что для этого человека нет никаких рамок. Есть только один закон - его желание.

Но вот чудо свершилось - Нина здесь. Рядом. Плачет. А её даже обнять не могу.

– Что это?
– голос хрипнет.

Я осторожно разворачиваю ее лицо боком к себе. На губе - ссадина, сквозь тон просвечивает сине-фиолетовое пятно.

Кровь вскипает в жилах. Я ненавижу собственную беспомощность. Были бы у меня сейчас силы, я бы его убил.

Нина тут же отстраняется, смотрит испуганно.

– Ничего, - шепчет. И в глаза не смотрит.

– Он тебя бил?!

– Егор, это неважно уже. Главное, мне удалось сбежать.

Да, это главное. Но это не правда, что то, что случилось - неважно. Еще как важно. Карапетян не отцепится. Да даже если бы он про нас с Ниной и не вспомнил, я про него не забуду.

– Нина! Что с тобой случилось?

– Тебе нельзя волноваться...

Нашла, о чем переживать...

– Нина, правду!
– давлю голосом.

И она сдается.

– Ничего он не сделал. Запер в подвале на несколько дней. Не знаю, где был сам. Потом пришел, начал выяснять отношения, ударил по лицу, толкнул, сказал, что продаст в притон. Пришли его мордовороты и куда-то меня повели. Я стала кричать. Мимо проезжал мужчина. Он остановился, отбил меня и привез в Москву.

Не сделал, потому что не смог.

– Егор, его посадили. Егор, обещай мне, что ты ничего не натворишь!

Улыбаюсь через силу. Я всё, что хочешь тебе сейчас пообещаю. Но эта тварь умоется собственной кровью.

– Нин, ну, чего ты? Какой из меня мститель? На инвалидной коляске за Карапетяном поеду?

Мы встречаемся глазами. И я улетаю в нашу первую встречу.

Два месяца назад

Федор Михайлович надумал строить в Сочи гостиничный комплекс. Захотелось вот ему. Предложил мне заняться этим проектом. Я не стал отказываться. Идея была интересной. Месторасположение предполагаемого строительства - тоже.К тому же, интересный управленческий опыт - начать с самого начала и довести проект до запуска и получения прибыли.

Отец Марка - хитрый лис и поручил мне это задание не просто так. тем более, на стадии разработки и согласований.

В Сочи я прилетел три дня назад и занимался тем, что путешествовал по служебным кабинетам чиновников разных ведомств и рангов. Меня с моей протекцией встречали хорошо, но тем не менее считали зеленым юнцом и старались обвести вокруг пальца. Когда у них это не получалось, искренне удивлялись, чесали затылок и начинали разговаривать нормально. Но свой интерес был у каждого, поэтому приходилось лавировать среди этих хитрецов и выторговывать наиболее выгодные условия. получалось неплохо. Только под конец недели я настолько задолбался, что, когда мы проезжали мимо живописного луга, ведущего к морю, я не выдержал и сказал водителю: