— Договорились.

— Ну, будь. — Александр Иванович первым повесил трубку.

— Все складывается как нельзя лучше, — резюмировал Сергей, поворачиваясь к доктору. — Езжай, Коля. Забирай пять штук — и в путь. Сейчас я набросаю тебе небольшую записку к Александру Ивановичу.

— О'кей, Серега.

Сергей ушел первым. А спустя десять минут покинул гостиницу и доктор.

Вернувшись домой, Сергей сразу же сел за компьютер. Он сидел до самого вечера, стуча по клавишам и излагая на экране монитора историю его похищенной почки. Здесь было все: и замысел Орлова, и его реализация, и амнезия Сергея, и год, проведенный в далеких уральских Огнях, и события, последовавшие после его возвращения в Москву. К десяти вечера документ был готов. Немного подумав, Сергей перевел получившийся текст на английский язык и создал вторую его версию, уже на английском. Потом записал обе версии на нескольких дискетах и надежно их спрятал.

Пока что все шло согласно намеченному плану. Если не произойдет никаких сбоев, подвел итог Сергей, планируемая операция обещала принести несомненный успех.

В эту ночь, впервые за последние дни, Сергей заснул спокойно.

В воскресенье Сергею в гостинице делать было нечего: доктор весь день мотался по городу в поисках машины. Этот день он провел дома, предавшись занятиям спортом. Когда пробьет час "Х", он должен быть в прекрасной форме. Возможно, придется и кулаками помахать, кто знает?

Вечером он наведался к Тамаре Павловне, и они долго предавались воспоминаниям за чашечкой чая. О Катюше он ей так ничего и не сказал. Не рискнул. Боялся расстроить бедную женщину, и без того слишком близко к сердцу принявшую смерть Ларисы.

Зато в понедельник Сергей был у доктора ни свет ни заря.

— Ну, выкладывай, — прямо с порога потребовал он отчета.

Доктор, зевая, провел его в комнату и усадил в кресло.

— Если позволишь, я только умоюсь. Ты меня, мужик, прямо из постели поднял. Никакого такта и уважения к гостю столицы.

— Ладно, не ворчи. На все про все даю тридцать секунд. Если не уложишься, сам тебе шею намылю.

— Какой вы, однако, вежливый, господин москвич! Сразу чувствуется столичное воспитание, — язвительно заметил доктор.

Он проковылял в ванную, откуда вскоре вернулся бодрым и посвежевшим.

— А теперь о серьезном, — начал он, усаживаясь напротив Сергея. — С твоим компьютерщиком виделся. Все передал. Мужик вполне приличный, внушает доверие. Думаю, на его слово положиться можно.

— Александр Иванович, к твоему сведению, совершенно исключительный человек. Исключительный и уникальный. О компьютерах знает все, и даже немного больше. Может собрать любую машину. Со своими золотыми руками на Западе он давно бы уже миллионером стал.

— Ну, здесь явно не Запад, — усмехнулся доктор. — Насколько я понял, твой уникум явно на мели. Деньгам был страшно рад, хотя и старался этого не показывать. Словом, все прошло благополучно. Договор скреплен крепким рукопожатием.

— Так, хорошо, — кивнул Сергей. — Как насчет машины?

Доктор сделал широкий жест рукой в сторону окна.

— Тачка у подъезда, сэр. Подержанная «шестерка». Даже сдача осталась. Вернуть?

— Оставь себе на мороженное. А за машину спасибо.

— Не за что, — отмахнулся доктор. — Мы ведь делаем общее дело, так?

— Так.

— Тогда пойдем перекусим. А то, не дай Бог, во имя общего дела ноги протянем, с голодухи-то.

К двенадцати объявился Абрек.

— Голоден? — поинтересовался доктор.

— Как шакал, — ответил тот.

Перекусив, Абрек сразу же приступил к рассказу.

— Все, что мне нужно, я узнал. Особняк тщательно охраняется и днем, и ночью. Днем по периметру выставлена охрана, примерно через каждые пятьдесят метров, по одному человеку на пост. У ворот стоят двое. Ночью территорию охраняют доберманы, которых спускают примерно часов в двенадцать, когда жизнь в доме замирает. Из людей ночью дежурят только два человека: один — у ворот, второй — на крыше. Остальные располагаются в доме. Сколько их всего, не знаю. Думаю, смогу это выяснить, когда проникну внутрь. А теперь самое главное, — он сделал небольшую паузу. — На крыше дома имеется небольшая вертолетная площадка. Мне удалось обнаружить ее с небольшого холма, расположенного примерно в трех километрах от особняка, — единственного, кстати, возвышенного места во всей округе. Невооруженным взглядом оттуда ничего разглядеть не удалось, только через бинокль. На площадке стоит вертолет, готовый к взлету. Видимо, хозяин предусмотрел возможность внезапного бегства — на тот случай, если обстоятельства вынудят его к этому. Это, пожалуй, все.

— Та-ак, — сказал доктор, внимательно выслушав чеченца. — У тебя уже есть какие-нибудь соображения? Идея?

— Есть. Для ее реализации мне нужен помощник.

— Помощник? Какой помощник?

— Хорошо подготовленный, желательно бывший спецназовец или что-нибудь в этом роде. Специалист по прыжкам с парашютом, умеющий управлять вертолетом, владеющий оружием и приемами восточной борьбы.

Доктор присвистнул.

— Где ж нам достать такого супермена? Шварцнегеры и Рэмбо в Москве не водятся.

— В Москве водятся люди и покрепче, — со знанием дела возразил Абрек.

— М-да… Осталось их только разыскать. Всего лишь. Маленький такой пустячок. Сергей, а ты что на это скажешь?

— Я думаю, — отозвался тот, действительно пребывающий в состоянии усиленного раздумья.

— Ну думай, думай. Москва — это твоя епархия. Может быть, среди твоих знакомых есть и супермены. А я пока поведаю Абреку о наших планах. Необходимо скоординировать наши действия.

Доктор подробно изложил идею, пришедшую в голову Сергею. Абрек внимательно слушал, изредка кивая головой в знак согласия. Когда доктор закончил, чеченец вынес свой вердикт: