— Назад! — крикнул Сергей. — До тех пор, пока не будет найдена моя дочь, никто не выйдет из этого кабинета!

Свирский сник и, подобно побитой собаке, уныло засеменил к своему хозяину. А тот буквально жрал Сергея глазами, излучая мощные флюиды открытой ненависти.

Доктор, во время всей этой бурной сцены остававшийся безучастным наблюдателем, еще раз с удовольствием отметил, что ситуация полностью находится под их с Сергеем контролем. Одно только тревожило его: Абрек.

Стрельба их планом предусмотрена не была.

Опытным глазом бывалого солдата Абрек сразу же определил: пуля прошла навылет. Он видел, как медленно расползается кровавое пятно по белой рубашке, но боли почти не чувствовал. Они бежали вверх по лестнице, а по пятам их настигали люди Орлова. Он как мог отстреливался, на ходу меняя обоймы, однако с каждым мгновением погоня становилась все ближе и ближе. Дважды на их пути оказывались какие-то вооруженные люди — и дважды меткими выстрелами он «снимал» их, не дав им возможности пустить в ход смертоносное оружие.

До крыши оставалось всего два-три пролета, когда пуля одного из охранников пробила его лодыжку. Он споткнулся и упал. Закусив до крови губу, Абрек кое-как поднялся и попытался двигаться дальше, но перебитая кость сковывала его движения. Он снова упал на ступеньки. «Все, конец», — с горечью подумал чеченец и выругался на своем родном языке.

Катюша, пробежав по инерции еще несколько ступенек, остановилась.

— Дядя! Дяденька! — сквозь слезы закричала она. — Скорее, дяденька, миленький!

— Беги, девочка, беги одна! — хрипло прокричал он в ответ. — Я тебя потом догоню, слышишь?

Она отчаянно замотала головкой.

— Нет, нет, я одна боюсь! — рыдала она навзрыд. — Я без тебя никуда не пойду!..

— Иди, малышка, — ласково проговорил чеченец и улыбнулся. — Тебя наверху дядя Владлен ждет. Он друг твоего отца. Иди, не жди меня!

— Дядя Влад? — заплаканное личико ее просияло, глазки заблестели. — Хорошо, я сбегаю за ним! Сейчас я его приведу, слышишь? Никуда не уходи, дяденька! Я мигом!

Дробный стук ее туфелек стал быстро удаляться — и скоро замер где-то наверху.

«Этого еще не хватало, — с досадой подумал Абрек. — Того и гляди, этот парень действительно примчится вытаскивать меня». Нет, этого допустить он не мог.

Снизу выскочил охранник. Абрек выстрелил; охранник, пробежав по инерции еще пару метров, рухнул на ступеньки лицом вниз. Абрек слышал, как хрустнул его череп.

А следом уже бежал другой. Потом еще двое.

Он стрелял спокойно, не торопясь, укладывая одного врага за другим, и улыбался. Внизу, на лестничной площадке, которая прекрасно просматривалась с его позиции, уже лежало несколько стонущих и матерящихся тел. Сверху его никто не атаковал — значит, решил он, выше его позиции никого не было. Никого, кроме маленькой девочки и этого странного парня, Владлена. Что ж, пока есть патроны, он сможет держать оборону и сдерживать натиск этих псов. А дальше — на все воля Аллаха…

Атака снизу захлебнулась. Яростный отпор чужака заметно поубавил пыл нападавших. Они затаились, собираясь с силами и унося раненых. Абреку только того и нужно было. Он поднялся и, осторожно ступая на раненую ногу, поковылял по лестнице наверх. Оставшаяся часть пути тонула во мраке — освещение на самых верхних пролетах лестничной шахты отсутствовало. Оно и к лучшему: снизу на темной лестнице его будет трудно разглядеть, зато своих противников он будет видеть как на ладони. Странная улыбка не сходила с его просветленного лица: пожалуй, это был единственный раз, когда он проливал человеческую кровь ради праведного дела. Он спасал жизнь крошечному, невинному созданию, маленькой девочке, оказавшейся втянутой в страшные, кровавые игры взрослых, — разве может быть что-нибудь более благородное, более святое, чем его нынешняя миссия? Он знал: последняя миссия на этой земле. И ни о чем не жалел.

Сверху потянуло свежим ночным воздухом. Он поднял голову — и вдруг увидел небо. Черное бездонное июльское небо, за последние полчаса внезапно очистившееся от облачных масс. Чувство удивительной легкости овладело всем его существом; подобно небесному своду, очищалась сейчас и его мятущаяся, неприкаянная душа.

А наверху, прямо над его головой, в недосягаемой вышине, мягко мерцала одинокая звезда.

Ему осталось преодолеть последний лестничный пролет, когда преследователи возобновили погоню.

Прошло уже около часа. Владлен напряженно всматривался в черноту уходящей вниз лестницы, когда услышал первый выстрел. Сухой короткий звук, эхом прокатившийся в глубине лестничной шахты, отчетливо донесся до него. Он мгновенно понял, в чем дело: Абрек вступил в открытую схватку с врагом. Первым его побуждением было бежать вниз и выручать чеченца, однако он сумел сдержать свой порыв. Он должен ждать здесь — такова его роль в этой игре не на жизнь, а на смерть.

Беспорядочный треск выстрелов быстро приближался. Владлен не находил себе места, с ужасом думая о самом худшем. Что, если Абреку не удалось освободить девочку? Тогда вся их отчаянная затея летит к черту…