– Я буду креветки...

Произношу скромно. Выбрала то, что хотя бы не стоит как новая машина. Неужели люди такие деньги за еду платить готовы?

– Ты это хавчиком называешь? — Эмир хмурится. Забирает телефон. Сам что-то там нажимает.

– Это белок, полезная еда. Питательная...

Мой живот снова издает громкий звук. Как будто протестует против креветок, но я обнимаю его руками.

– И еще на такси экономить можно, — произносит с нотками сарказма.

– Почему? — Не понимаю к чему мужчина ведет.

– Ну в ветреную погоду и ветер по адресу доставит. Ты скоро светиться начнешь, теперь понятно почему. Если на креветках сидеть постоянно.

Я моментально краснею. С моей зарплатой креветки — это непозволительная роскошь. Но об этом я не рискну мужчине сказать. Он и так считает, что я с прибабахом. Не стоит подкидывать ему новые идеи для шуток.

– Значит тебе фигура моя не нравится? — Я выбираю другую тактику. Произношу вопрос обиженным тоном. Вопросительно приподнимаю бровь.

Эмир вздыхает и закатывает глаза. После телефон откидывает в сторону. Хватает меня за руку и резко дергает на себя. Я вбиваюсь в твердый торс Буйного. Мышцы настолько твердые, что кажется из камня выкованы. Футболка обтягивает мужчину как вторая кожа. Я могу каждую мышцу рассмотреть. Внизу живота все моментально сжимается. Приятный спазм заставляет покраснеть щеки.

– Ты курсы по ебанию мозгов заканчивала, Злата? — Имя мое растягивает, как будто на вкус пробует. Каждую букву смакует. А у меня уже мурашки по коже бегут.

– Я ничего не...

Заикаюсь. Ладонями в его грудь упираюсь. Взгляд опускаю вниз. Слышу, как он яростно воздух через ноздри втягивает. Злится. И от этого снова страшно становится. Господи, мы такие с ним разные. Я его каждым своим словом злю.

– Фигура охуенная. Мне нравится. Все заводит. Я о другом говорил.

Слышу по голосу, что держать себя в руках у него получается с трудом. Он по-другому общаться привык. Или с женщинами вообще не общается? Они скорее другим занимались всегда?

– О чем? — Вскидываю взгляд. Глаза покраснели. Я не плачу, но это не за горами.

Эмир хмурится, в глаза мои всматривается. После сжимает мою талию пальцами, и мы оказываемся на огромном диване. Я сижу у него на коленях. Мужчина одной рукой талию мою сжимает, пальцами второй придерживает мой подбородок. Чтобы я на него смотрела. А я и смотрю. В глаза его красивые. Они цвет у него меняют. Когда Эмир злится то черными как ночь становятся, а когда настроение хорошее, то светло карие, с темными вкраплениями.

– Хочу, чтобы питалась хорошо. У тебя живот гудит от голода. А ты вместо жратвы нормальной, креветок хилых заказываешь. Это закуска, не жратва. И мокроту разводишь, что опять не так?

Кусаю губу и молчу. Не решаюсь сказать. Но Эмир руку с талии вниз спускает. На ягодицу и больно сжимает. Дает понять, что терпение к концу подходит.

– Ты опять слова все эти...

Скромно бормочу, тихонько.

– Много слов неприличных. И я опять некоторые не понимаю.

– Интеллигентка ты моя, — рычит в ответ, опять сжимает ягодицу. А я понять не могу, это подкол был с его стороны или нет?

– И по поводу фигуры...

– Сказал же, что вставляет твоя фигура, что ты губы опять дуешь? Жопа зачетная, сиськи тоже.

От его комплиментов у меня даже уши пылать начинают.

Ответить ничего не успеваю. Я вдруг на спине оказываюсь. Буйный сверху наваливается.

– Ноги еще у тебя пиздец длинные, стоит представить, как меня ими обхватываешь, стояк железный.

Хрипит в губы, а после языком по ним скользит. Я же в себя прийти не могу от таких скромных комплиментов. Кошмар, и ведь сама же напросилась.

— Ты меня пустишь? — спрашиваю с надеждой, но Эмир сильнее сжимает мои бедра.

Вздыхаю. Не пускает.

Я думала, когда привезут еду, то я переберусь на другое место. Сяду рядом с Буйным, спокойно поужинаю. А мужчина забрал доставку и вернул меня на свои колени.

Только теперь я спиной откидываюсь на его грудь. За волосами прячу смущение, которое только сильнее пылает на щеках.