Именно в этот момент я осознала, что и наши отношения с Лешей такие же. Мы не стремимся все делать вместе, заниматься одинаковыми делами, любить одни и те же вещи. Вовсе нет. Мы совсем разные. Но мы дополняем друг друга там, где это нужно. Поддерживаем, когда это важно. И в этом и есть ценность того, что между нами. Это ощущается, как любовь.

– Я тебя напугал? – снова раздался в темноте голос Леши.

– Нет, – осмелившись, я пошевелилась и удобнее устроилась в объятиях Леши. – Это просто было неожиданно.

Пальцы, выводившие узоры на плече, переместились на шею, и начали перебирать пряди у лица. Приятно. Дрожь пробежала по моему телу и я неосознанно подалась еще ближе к Леше, сплетаясь с ним ногами.

– Господи, какая ты горячая.

Фраза вышла двусмысленной. И не смотря на то, что смущение затопило меня с головой и я наверняка была красная, как помидор, я пыталась его скрыть так, как умела – за подшучиванием.

– Долго же до тебя доходило.

Грудная клетка под моим ухом завибрировала и я услышала легкий смех моего парня. Почему-то в темноте комнаты он казался более хриплым и глубоким, чем обычно.

– Ты слишком дерзкая для человека, который несколько минут назад от смущения не мог даже и пары слов связать.

– Я просто ударилась обо всю эту гору мышц и потеряла сознание, – заявила я и зачем-то для убедительности опустила свою ладонь на его пресс.

Мышцы живота напряглись от моего касания, превращаясь из просто твердых в стальные, а затем крепкая рука обхватила мою кисть и отвела руку от живота.

– Не делай так больше.

– Извини, не подумала, что тебе может быть неприятно.

Леша фыркнул.

– Это обратное тому, что я чувствую.

Об этом я не подумала. Если честно, я мало знакома была с мужским телом с практической точки зрения. В теории, конечно, я знала если не все, то многое. На биологии мы изучали анатомию мужских и женских тел, кое о чем пикантном я читала в книгах и фанфиках и узнавала из других источников, но на практике никогда не прикасалась к полуголому мужчине.

Но мне хотелось прикасаться к Леше, изучить его тело пальцами, чтобы знать каждую его впадину и рельеф мышц. Наслаждаться прохладной свежестью его кожи и тем, как от этих прикосновений воспламенятся моя собственная. Нечто подобное я ощущала впервые: смесь волнения и неподдельного интереса ко всему происходящему в процентном соотношении пятьдесят на пятьдесят.

– Расскажи мне сказку, – попросила я.

– Я плохой рассказчик.

– Мне все равно, – стараясь на касаться живота Леши, я обняла его одной рукой. – Тебя просто приятно слушать.

– Сегодня ты прямо осыпаешь меня комплиментами, – усмехнулся Лисовский.

– Ты все, что тебе удобно превратишь в комплимент.

– Считай это моей супер способностью.

– Или моим проклятием, – я зевнула. – Так расскажешь сказку?

– Сказок я не знаю, а вот историю могу.

– Надеюсь, не всемирную?

Леша рассмеялся и моя голова, покоившаяся на его груди, легонько затряслась.

– Жила были девочка с серыми, как грозовое небо, глазами…

Я закрыла глаза, позволяя теплу Лешиного тела и его тембру голоса укачивать меня на волнах сна, с каждой минутой все больше и больше уплывая в сонное царство. Последнее, что я помню, перед тем как окончательно провалиться в сон – поцелуй в макушку и типичное, но такое родное: «И жили они долго и счастливо».

Почти весь день мы потратили на то, чтобы подготовить дом к празднованию. Под чутким руководством Саши парни занимались уборкой дома. Никто из них не светился от счастья, когда на них повесили это, но выбора у них не было. Единственные, кому удалось избежать работы по дому были Лида и Артур, которые сразу после завтра отправились на рыбалку. Судя по их лицам, никому из них не хотелось тащиться в минус пятнадцать на озеро и сидеть там, если не весь оставшийся день, то несколько часов точно. Но по какой-то неизвестной мне причине они не могли уступить друг другу. Поэтому, взяв из дедушкиного гаража все необходимые рыболовные снасти и поругавшись из-за того, кто что понесет, они двинулись в сторону озера. Чем больше я за ними наблюдала, тем сильнее соглашалась с Сашей в том, что между ними определенно что-то происходило.

Саша украшала гостиную и лестницу новогодней мишурой и гирляндами, а Славик ей в этом помогал. Ну, как помогал, просто стоял рядом и держал в руках все, что только можно. Начиная от легкой мишуры, то разных коробок с гирляндами. Это продолжалось довольно долго и я даже удивилась, что за все это время Шлепанцев не произнес ни слова.

Марику было велено пропылесосить весь дом, а Леше протереть пыль со всех поверхностей. Я перемывала посуду, потому что ей так давно никто не пользовался, что она успела запылиться.