Его плечи вздрогнули, когда в дверь с грохотом постучали.

Какого?.. Хера?

Кого, блядь, нелёгкая принесла с утра пораньше? А домофон?

Поднявшись с постели, он нашёл свои боксеры. И, натянув их на бёдра, неспешно направился к двери.

— Твою ж мать… — выругался, когда увидел перед собой Оксану.

— Что с твоим телефоном?! — взвинченная, она переступила порог его квартиры. — Отец тебе всё утро дозвониться не может! И вчера тоже!

— Я не пойму… ты у него на побегушках что ли? Зачем притащилась сюда? — раздражённо провёл ладонью по макушке.

— Тебя выписали вчера! И ты даже не сообщил! Ты должен был выписаться только сегодня! — затараторила, скидывая с себя дублёнку. И, вручая ту Стасу, наклонилась, чтобы снять ботинки. — Он там рвёт и мечет!

— А ты сюда зачем приехала? — злясь на то, что эта сука чувствует себя здесь как у себя дома.

— Проверить, всё ли в порядке! Ты не отвечаешь на звонки! Что ты хотел?! И… — она заметила женские ботинки, — ты что? — выпрямилась, и спросила чуть тише: — Не один?

— Не твоё собачье дело, — немного растеряно, — скажи отцу, что всё в порядке. На днях заеду.

И только сейчас Стас вспомнил, что Тина не задала ни одного вопроса по поводу собаки, которую так и не привезли. Видимо, догадалась, что это была ложь.

— У тебя будут проблемы, Стас, если ты не объявишься. И… — Оксана вытянула шею в попытке разглядеть на кухне гостью Стаса. Но, не увидев там никого, продолжила: — Подумай, как ты объяснишь ему то, что забрал заявление. С чего вдруг?!

— Слушай, — он раздражённо вздохнул, — это не твоё собачье дело. Ясно? Если я посчитаю нужным объяснить это отцу, я ему объясню. Но точно не тебе. А теперь ты можешь одеться и валить…

Сняв с вешалки её дублёнку, он впихнул её Оксане в руки. Мельком покосился в ту сторону, где была ванная. Не услышал шума воды и понял, что Тина наверняка уже в курсе, что к Стасу пришли. И, откровенно говоря, он не горел желанием знакомить её со своей мачехой. И, к слову, папочка в больницу приехал лишь раз. На этом — всё. Не сказать, что Стас ждал его визитов, но…

— Не так быстро, дружочек, — Оксана упрямо поджала подбородок и, шагнув вперёд, снова повесила свою дублёнку, — не думай, что можешь так просто выставить меня. Я как-никак твоя мачеха. — ткнула тонким пальчиком в его грудь, и задержала взгляд на его руках, — что это? — кивком головы указала на глубокие и свежие царапины, которые оставила ему Кристина, — ночка была жаркой? Так не терпелось покувыркаться, что выписался на день раньше? Кто у тебя?

— Блядь, какое тебе дело, а? Какого хера ты суёшь всё время нос в мои дела? — шагнув к ней, Стас заставил Оксану попятиться. Прижавшись спиной к двери, она тяжело задышала. Растерянно взмахнула ресницами. — Я всё никак не пойму… объяснишь мне?

— Тебе лучше дружить со мной, Стасик, — улыбнувшись, она провела языком по губам, — ты же всё прекрасно понимаешь…

Понимает. Так хорошо, что хочется прямо здесь и сейчас свернуть ей шею. Почувствовать, как тонкие косточки хрустят, и увидеть, как она задыхается.

Сдохни, тварь. Как же я тебя ненавижу…

— Стас? — оторопев, он забыл как дышать. Услышал за спиной голос Кристины и, дёрнувшись, словно от удара током, отступил от Оксаны и развернулся. — Всё хорошо?

Что это?

Она намерено вышла?

Потому что он был уверен, что Тина не высунет свой нос, пока не поймёт, что гостья ушла. Но нет. Одетая, расчёсанная, она стояла в прихожей у него за спиной и обеспокоенно смотрела то на него, то на его мачеху. Кто знает… может, она вовремя? Может, правильно сделала, что привела его в чувство?

— Всё хорошо, — кивнув, сделал ещё один шаг и попытался закрыть собой Кристину от пытливого и любопытного взгляда Оксаны, — она уже уходит, — исподлобья посмотрел на Ксану. В очередной раз сорвал с вешалки её дублёнку и, всучив ту хозяйке, открыл дверь.

— Доброе утро! — ехидно улыбнувшись, произнесла его мачеха, глядя на Кристину.

— Доброе утро, — ответила Тина, поправляя горловину своей водолазки.

— Пошла. Вон. — прошипел Стас, вплотную приблизившись к Оксане. Небрежно подхватил её локоть и подтолкнул к выходу.

Хлопнув дверью, брюнет тут же повернулся к Кристине. Внимательно посмотрел на неё. Ему не хотелось ей сейчас ничего объяснять, но почему-то его язык оказался быстрее.

— Это жена моего отца, — тихо произнёс, и слегка прищурился, когда по ту сторону Ксаночка от злости хлопнула по двери и пригрозила ему в очередной раз отцом.

— Понятно, — кивнула рыжая, поджимая губы.

Зачем она вышла? Наверное, потому, что не хотела быть невольным свидетелем его взаимоотношений с ранней гостьей.