Зар замечает:

— Тогда вы погибнете.

— Ну, вы мастер очевидности, — усмехаюсь. — Я смотрю, экспертиза в Астрале у вас на высшем уровне.

— У меня есть предложение, — продолжает Зар, не обращая внимания на мой тон. — От Багрового Властелина.

— Это уже звучит подозрительно, — хмыкаю я.

— Взамен на вашу службу сроком на год, — его голос остаётся спокойным, даже немного деловитым, — я подарю вам способ пережить психический взрыв.

Стою, хмуро разглядывая тёмный потолок,

Перепончатые пальцы, мать вашу! Только этого не хватало. Я никому в жизни не служил, и уж точно не собираюсь начинать.

Но мысль упирается в реальность: ситуация чертовски серьёзная. Просто уйти, оставив источник прорыва, — значит обречь всех на повторение этой хрени. А сильные Демоны, если их не уничтожить, вернутся. И не одни, а с местью и новыми «друзьями».

После короткой паузы говорю:

— Я не убиваю невинных.

Зар отвечает спокойно, почти равнодушно:

— Это не проблема. Для таких дел всегда найдутся мясники, которым это нравится. К тому же, Багровый Властелин редко к этому прибегает.

— Редко, значит, — повторяю я.

— Ему тысячи лет, — невозмутимо продолжает Зар. — Иногда приходится принимать неприятные решения.

Отмазался будто.

— У меня есть обязательства. Перед семьёй и близкими. Они всегда в приоритете.

Зар спокойно кивает:

— Принимается.

Я вздыхаю, прикидывая, как из этой ситуации можно выжать максимум, и наконец говорю:

— Ладно. Что вы мне предлагаете?

— У вас есть существо, способное перемещаться через теневые порталы.

Я хмыкаю. А этот дроу уже немало знает обо мне.

— Допустим.

— Через портал я передам вам артефакт.

— Сейчас устроим.

Вскоре кудрявый собакен подкидывает мне презент. Артефакт оказывается ключом, который светится энергетическими узорами. Его магия сложна, многослойна, сложно зашифрована.

Я проникаю ментальными щупами во внутрянку и хмыкаю:

— Ключик одноразовый, да?

Зар подтверждает:

— Именно. Учтите, этот артефакт ценнее сотни замков, подобных тому, где вы сейчас.

Я погружаюсь в изучение его структуры. Забавная вещица, но да, она не лишняя в том, что я собираюсь провернуть.

Через пару минут мы принимаем бой со старым знакомым Алукардом. Дубль два. Шельма и Легион продолжают сражаться с ожесточением, изо всех сил обрушивая свои атаки на Демона. Увы, их старания пока не приводят к успеху: Алукард выдерживает, отбивает, контратакует. Это продолжается до тех пор, пока я не решаю, что пора заканчивать спектакль.

Я активирую псионические клинки, которые ярким светом рассекают пространство, и добавляю к ним демонские когти. Удар — и демонюга заходится в реве, который вскоре стихает. Ещё капля некротики, и тело Алукарда исчезает, рассыпаясь астральной пылью.

Но это только начало.

Как только Демон погибает, прорыв, потеряв ингибитора, выходит из-под контроля. Крепость наполняется ревущим психоштормом. Вокруг начинают рушиться стены, пространство искажает астральная буря, и весь зал начинает буквально вибрировать под давлением.

— Что за хрень, шеф?! — кричит Егор. — Что происходит?! Это же не так задумывалось, верно?!

Шельма в это время обольстительно улыбается, игриво изогнувшись и, кажется, наслаждаясь хаосом вокруг.

— Вы теперь погибнете! — заявляет она, с издёвкой глядя на меня. — Ха-ха-ха! Как же я рада, милый, что ты-таки решил последовать моему совету и убил этого Алукарада. Теперь вы все отправитесь в пучину отчаяния!

Я бросаю на неё равнодушный взгляд.

Егор, ошеломлённый её реакцией, вдруг выдает:

— Шеф, у меня такое чувство, что мне только что разбили сердце…

Я, оглянувшись на Егора, фыркаю:

— Тебе бы сходить на курс по выбору женщин. У тебя явная тяга к дамам с маниакальными наклонностями.

Бесчлин встревает с хриплым смешком:

— Пожили бы с моё, человеки. Перестали бы только на сиськи смотреть.

Шельма, бросив на Бесчлина презрительный взгляд, обрывает смех. Она поворачивается ко мне, её глаза полны насмешки и чего-то ещё, неуловимого.

— Почему ты не боишься? — язвительно спрашивает она, приближаясь ко мне походкой от бедра. Вся такая прекрасная и офигенная, словно богиня. — Или ты ещё не понял, что натворил?

Я пожимаю плечами:

— Ты про то, что я уничтожил ингибитор психического прорыва, и теперь здесь всё накроется такими эмоциями, что ни одно живое существо не выживет? Да, я в курсе.

Шельма застывает на миг, но её самодовольство просто так не стереть. Она подходит ближе, её злорадная усмешка сменяется странным выражением смеси страсти и искреннего злорадства. Её рука медленно скользит по моему плечу.