— Как же ты собралась возвращаться, назад, если у тебя, по твоим словам, теперь есть здесь своя земля!

— Да, я подала заявку по всей форме на участок земли, и я собираюсь обосноваться на нем, — отвечала Лили, бесстрашно глядя в горевшие гневом глаза брата.

— Незамужняя женщина не может одна освоить землю.

— Ты ошибаешься, Руперт! — возразила Лили. — Очень даже может, и я это докажу.

— Ради всего…

— Если ты вернешь меня домой, я снова убегу.

Руперт вздохнул и запустил пятерню в волосы. Его шевелюра представляла собою странную смесь начинки из пирога и грязи, и ею уже начали интересоваться местные мухи.

— Чтоб тебе пусто было, Лили Чалмерс!

Она приподнялась на цыпочки и чмокнула его в измазанную щеку.

— Ты и так уже лишил меня места, — со вздохом заметила Лили, — и я теперь не знаю, смогу ли опять найти работу.

— Тебе просто надо вернуться домой вместе со мною, — настаивал Руперт.

— Пойдем же, — Лили со вздохом взяла брага под руку. — Я отведу тебя к миссис Макаллистер и постараюсь устроить тебе ванну.

— Нет уж, спасибо, лучше я приму ванну в отеле, — отказался Руперт. — К тому же я ведь именно там оставил свой багаж.

— Ну что ж, еще лучше. Пока ты будешь мыться, я постараюсь уговорить Чарли принять меня на службу обратно.

Руперт лишь в немом отчаянии закатил глаза, и они направились к отелю.

Зал столовой оказался переполненным рабочими с лесопилки, все они были голодны и желали получить кофе с пирогом, а Чарли лез из кожи вон, пытаясь наполнить хоть чем-нибудь их желудки, и в сто первый раз объясняя, что пирога у него сегодня нет.

— Я займусь этим, — сказала Лили, подойдя к нему и забрав тяжелый голубой кофейник. — А ты отправляйся на кухню и займись пирогом.

Чарли наградил ее мрачным взглядом, но ничего не сказал. Руперт взял саквояж и направился к себе в номер. Когда через некоторое время брат снова появился в зале, он уже успел принять свой обычный опрятный, хотя и слегка потрепанный вид.

— Ты позволишь мне остаться в Тайлервилле, правда? — спросила его Лили, перемывая в конце дня гору посуды.

— Я не должен этого делать, — сказал Руперт, против обыкновения помогая сестре протирать чистые тарелки.

— Но ведь сделаешь?

— Просто я не вижу другого выхода. По крайней мере, теперь я хоть буду знать, где ты живешь. Я ужасно беспокоился за тебя, Лили.

— Я знаю, — смущенно произнесла она, опустив глаза. — И я прошу меня простить.

— И этот твой майор и прогулки по окрестностям…

— О, все было абсолютно пристойно, Руперт. Я отправилась с позволения миссис Макаллистер.

— И что, есть возможность выйти за него замуж? — пристально глядя на нее, спросил Руперт.

Лили так не хотелось бы разочаровывать брата. Ведь он гораздо меньше переживал бы за нее, если бы знал, что Лили собирается вступить в брак с таким человеком, как Калеб Холидей.

— Никакой, — честно отвечала она. — Он солдат. И к тому же он не хочет стать фермером.

— Если для тебя это так важно, то я мог бы разыскать для тебя целый полк фермеров в окрестностях Спокана.

— Но я не желаю идти за фермера, и ты это прекрасно знаешь, — мягко напомнила Лили брату. — Я хочу быть фермером.

— Я оставлю тебя здесь получать уроки жизни при одном условии, Лили Чалмерс. Ты дашь мне обещание, что, когда твое предприятие кончится крахом, ты вернешься домой, в Спокан.

— Очень хорошо, Руперт, я обещаю тебе это. — Лили с улыбкой погладила его по щеке мыльной ладошкой. — Если я не смогу стать фермером, я вернусь домой.

Брат кивнул, хотя на самом деле его это мало успокоило. Покончив с уборкой, они заперли столовую, и Руперт пошел проводить Лили до дома миссис Макаллистер.

Почтенная леди поджидала их, стоя на крыльце. В одной руке у нее была керосиновая лампа, а в другой ковровый саквояж с пожитками Лили.

— Ага, — грозно воскликнула она, увидев свою постоялицу, — явилась наконец! А я-то думала, какая ты милая да невинная…

Лили от неожиданности открыла рот.

— Видите ли, вы не совсем поняли… — смущенно начал было Руперт.

— Вот уж не ожидала, что именно вы приметесь ее выгораживать! — рявкнула миссис Макаллистер, шествуя вниз по ступенькам и водружая на перила вещи Лили. — Несчастный, покинутый супруг! Да еще к тому же эти невинные малютки, которые без конца плачут о бросившей их маме…

— Да нет у меня никакого мужа! — вскричала Лили, подхватывая свой саквояж.

— Произошло ужасное недоразумение, — начал было Руперт.