Потому что Сент был прав. Писательство спасало меня. Мне не терпелось выплеснуть яд последних пары часов на страницу, чтобы он не бежал по моим венам.

— Монстры? — повторила я. — Да, они монстры. Потому что монстры реальны, как и призраки. Они живут внутри каждого из нас и иногда побеждают.

Я ждала, когда федерал поймет, что услышал цитату из одной из книг Стивена Кинга. Он не понял.

— Этот убийца — просто человек, позволивший своим призракам и монстрам победить, мой друг. И монстры, и люди несовершенны. У людей есть один недостаток — желание убивать друг друга и делают они это часто, а недостаток монстров — оставлять кого-то в живых, что они делают очень редко.

Я отпила кофе.

— Итак, я не знаю почему он пощадил меня. У меня, конечно, тоже есть свои монстры, но они не заставляют меня убивать женщин.

Мужчина быстро моргал. Интересно, я смутила его или заинтересовала? Он снова опустил взгляд на блокнот.

Я заметила, что ногти у него были короткие, обкусанные почти до мяса. Как мог человек, не способный контролировать даже то, что его зубы делали с его пальцами, удерживать контроль над пистолетом, значком и людьми?

— Вы — писательница? — скорее спросил, чем сказал федерал, хотя я была готова поспорить на то, что он знал, кто я.

Он просто попытался перехватить контроль, показать мне, что я не важна, что не знаменита. Меня это не волновало.

— Да.

— Над чем вы сейчас работаете?

Я наклонила голову и снисходительно улыбнулась.

— Не совсем понимаю, какое это имеет отношение к нынешнему расследованию или к нападению на меня.

Он крепче сжал блокнот. Я ему действительно не нравилась. Что ж, подобное случалось часто. Что-то во мне вызывало у людей неприязнь с первого взгляда. Возможно дело было в моем лице. Или в нежелании быть приветливой и милой.

— Мой вопрос имеет отношение к расследованию, поскольку вы переехали в дом предпоследней жертвы этого субъекта, а еще вы известны тем, что пишете о гораздо более жутких вещах.

— Откуда вы знаете, на какие темы я пишу? Поскольку всего несколько секунд назад вы намекнули на то, что вообще не знаете, что я писательница.

Федерал покраснел. На его лице отразился непередаваемый коктейль из смущения и злости. Он на мгновение замер, скорее всего пытаясь удержаться от того, чтобы не сказать что-нибудь такое, что зафиксирует камера и даст моему адвокату возможность легко забрать его значок.

— Мне кажется несколько странным совпадением, что писательница, у которой должна выйти очередная кровавая и ужасающая книга, решила поселиться в доме, где была зверски убита молодая женщина. К тому же которая убила злоумышленника в этом доме всего…

Он запнулся, делая вид, что перелистывает свои записи, прежде чем снова поднял глаза.

— Всего месяц назад, а теперь ее похитил серийный убийца, который ни разу не вернулся на прежнее место своих преступлений и уж точно не оставлял своих жертв в живых.

Он казался немного самодовольным тем, что собрал все это воедино и загладил предыдущий промах.

— Я не совсем понимаю, что вы хотите этим сказать, агент. Вы обвиняете меня в убийстве Эмили? В том, что я каким-то образом организовала собственное похищение, позаботившись о том, чтобы ранить себя. — Я подняла руку. — Ради чего? Материала? О, для вас бы это все упростило, не так ли? Но, уверяю вас, ее убийство элементарно по сравнению с тем, какой материал у меня есть сейчас.

Я постучала по виску пальцами здоровой руки.

— Кроме того, вряд ли вы можете с уверенностью утверждать, что этот убийца не оставил в живых ни одной жертвы, поскольку большинство серийных убийц начинают с нападений, изнасилований и неудачных попыток похищения. Готова даже поспорить, что у вас крайне мало сведений о нем и нет никакой возможности сузить круг подозреваемых, поскольку он не оставляет вещественных доказательств. Я знаю все это, потому что сейчас пишу книгу, в которой серийный убийца расправляется с женщинами, и еще я умею собирать материал для достоверности своих историй. К тому же я очень предана своему ремеслу и, как бы мне ни нравилось ваше общество, сейчас я бы предпочла вернуться домой с виски за компанию и с рукой, на которой надеюсь не останется шрама на всю жизнь. Но, к сожалению, мы не всегда можем получить то, чего хотим. Поэтому я нахожусь здесь, с вами. И хочу сделать все, что в моих силах, чтобы поймать этого парня. Или, по крайней мере, дать вам что-то, благодаря чему вы сможете вычеркнуть несколько имен из вашего длинного списка подозреваемых.

Я встала и выпрямилась.

— У меня прекрасная память и я сообщила вам и вашим коллегам все подробности, которые смогла вспомнить. Так что, если вы не хотите меня арестовать, я поеду домой и постараюсь сделать все возможное, чтобы снова не столкнуться с каким-либо серийным убийцей. Мне бы не хотелось снова встречаться с вами в ближайшее время. Или вообще когда-либо.

Высказавшись, я повернулась и вышла за дверь.

Федерал не пытался меня остановить, потому что у него ни хрена на меня не было.