— Мне, пожалуйста, яйца бенедикт и капучино. А моему другу…

Я вопросительно смотрю на Рафаэля, но тот лишь небрежно машет рукой: мол, сама закажи.

— Скажите, а у вас есть гречка? Нет? Вот и замечательно. Её он дома поест. Принесите, пожалуйста, английский завтрак. Он ведь сытный? И вкусный кофе самого большого объёма… Только проследите, чтобы он был именно горячим, а не тёплым… И ещё достаточно крепким. Спасибо большое! — С этими словами я возвращаю официанту меню.

— Столько пожеланий, — комментирует Рафаэль, глядя на меня с усмешкой.

— Это же была моя инициатива сменить место. Хочу, чтобы тебе понравилось.

— Ты так извиняешься за то, что вломилась ко мне в душ в самый интимный момент?

Мои щёки непроизвольно теплеют. Как я и полагала, Рафаэля просто так не смутить.

— Так я благодарю тебя за то, что ты спал в кресле, — мне удаётся сохранить непринуждённый шутливый тон. — А дверь в ванную и правда стоит закрывать, особенно если надумал передёрнуть.

— Буду иметь в виду.

Я вдруг чувствую себя ворчливой, вечно недовольной каргой. Сколько раз за время отдыха Рафаэль сделал мне замечаний? Ноль. Ни одного. И даже сейчас, вместо того чтобы ответно упрекнуть меня в неумении стучаться, он просто принимает мою просьбу к сведению.

— Рафа… — расчувствовавшись, я примирительно стучу ногтем по фаланге его большого пальца. — Знай, что ты лучший сосед по комнате из возможных. По ряду причин наш отдых дал сбой, но мы в силах всё исправить. Сегодня вечером приглашаю тебя в караоке. Вечеринка объявляется безалкогольной, дресс-код — любой, твой свитер таёжника приветствуется.

— Думаешь, я выдержу пару часов в караоке без пива? — Рафаэль морщится, хотя его взгляд становится значительно мягче, а тон — веселее. — Пару банок точно пропущу.

Покуситься на этот священный мужской ритуал даже у меня не хватило бы духа, поэтому я великодушно пожимаю плечами: мол, делай как хочешь, друг. Кто я такая, чтобы тебе указывать?

Так наша потрёпанная алкоголем и онанизмом дружба стала вновь обретать твёрдую почву.

— Ты решила не наряжаться на этот раз? — Рафаэль одобрительно оглядывает мой скромный прикид, состоящий из джинсов и вязаного кардигана.

— Если тебе хотелось спутницу понаряднее, то я могу и переодеться, — ехидничаю я. — Ещё одна мини-юбка в моем чемодане найдётся.

— Вот давай без этого обойдёмся. Я уже настроился на спокойный вечер.

Я смеюсь. Решение не сбегать и реанимировать нашу дружбу определённо было правильным. Неловкость между нами почти не ощущается, и я снова могу смотреть Рафаэлю в глаза.

— Зато ты решил отказаться от свитера таёжника, — я киваю на толстовку, симпатично обтягивающую его плечи. — На этот раз мне придётся отбивать тебя от голодных посетительниц.

Никак не отреагировав на это лестное замечание, Рафаэль указывает на стеклянные двери выхода, за которыми ждёт машина такси: мол, хватит болтать. То ли он не научен принимать комплименты, то ли попросту не умеет их различать.

Уже на подъезде к караоке-бару меня охватывает восторг. Высокий фасад здания украшен причудливыми световыми гирляндами, над входом огромный цветной экран транслирует отрывки из популярных караоке-исполнений. Сквозь затемнённые панорамные окна бара видны столы и уютные диваны, а у входа маячит промоутер, размахивающий микрофоном как волшебной палочкой.

— Похоже, это популярное место, — восторженно констатирую я, оглядев вереницу дорогих автомобилей, забивших парковку. — Надеюсь, в этом меня не примут за уборщицу и пропустят.

— Пропустят, — заявляет Рафаэль, выразительно погладив рукав своей толстовки. — Ты же со мной.

Я смотрю на него в неверии. Вот же павлин! То есть, комплименты он всё-таки различает.

К счастью, ходатайствовать за меня перед секьюрити ему не приходится. Нас без проволочек пускают внутрь и даже находят свободный стол.

При звуке знакомой композиции меня охватывает радостный трепет. Как же я, оказывается, хочу спеть! Обязательно «Бриллианты» любимой Рианны и «Цветы» от хулиганки Майли.

Заказав себе обещанного пива, Рафаэль вопросительно смотрит на меня.

— Что будешь?

— Чай. Какой-нибудь вкусный и согревающий.

— Могу предложить вам глинтвейн, — вставляет официант.

Я смотрю на него с возмущением. Я что, выгляжу так, будто не способна провести вечер без коктейля?

— Безалкогольный, — быстро поясняет он. — На основе виноградного сока.

Я машу рукой с облегчением. Я-то стала подозревать, что моё лицо хранит на себе печать алкоголизма.