Время. Отчаянно не хватало времени. Вот опять мы куда-то едем, толком не обсудив происходящее, и я не могу остановиться и спокойно поработать, оценить новые возможности, прикинуть их пределы. Пока понятно, что устранить серьёзные, разумные сущности так легко нельзя, а мелочёвка уничтожается буквально по щелчку пальцев, словно удаление ненужного файла. Но возможность противостоять кому-то серьёзному тоже наверняка имеется, её не может не быть!

Не знаю, как Кощей находил дорогу безо всяких навигаторов и откуда знал нужные адреса, но к большому мотомагазину мы вынырнули внезапно через какой-то просёлок. Я бы решила, что он находится в глуши, но пока парковались — объехали приземистое здание и увидели проходящую совсем рядом магистраль, а чуть дальше вдоль неё вздымались разнокалиберные квадратные высотки.

Внутри магазина я вякнуть не успела, когда Кощей начал действовать. Отловил в почти пустом зале первого попавшегося консультанта и обозначил ему задачу с точностью до марок. Судя по тому, как оживился паренёк, не дешёвых.

— Может, чего попроще? Мне же ненадолго, — попыталась подать голос моя жаба.

— Ты действительно думаешь, что у меня есть проблемы с деньгами? — усмехнулся добровольный опекун. — Иди меряй.

Тут что-то мяукнула гордость, но на неё я шикнула уже самостоятельно, припомнив золотые россыпи в тронном зале. Там если по весу продавать — полгорода купить можно, а если учесть, что в этих горах наверняка хватает исторических ценностей… От Кощея не убудет.

С курткой и шлемом проблем не возникло, перчатки пришлось брать в двух размерах — с учётом забинтованных пальцев. А вот подобрать ботинки так и не получилось. На мой растоптанный тридцать пятый размер нашлось ровно две модели, обе не сели на ногу. Консультант развёл руками и предложил детские кроссовые. Я посмотрела на эти громоздкие колодки по колено, которыми и покалечиться можно, просто уронив на ногу, и не удержала тяжёлого вздоха. Кощей усмехнулся и махнул рукой — обойдёмся.

Пока я занималась примеркой, спутник отыскал смешную сетку из резиновых шнуров с крючками на углах и, когда мы вышли, ловко прикрутил ею старую куртку и шлем на хвост мотоцикла — там, позади пассажирского сиденья, обнаружилась небольшая удобная платформа. Наверное, для крепления багажника, я видела такие на других мотоциклах.

Мы нырнули обратно на просёлок, немного попетляли и в глубинах пригорода нашли симпатичное кафе с верандой, на которой и устроились.

— Как ты всё это находишь? — Открыла я меню. — Неужели помнишь?

— Чую, — возразил он. — Ты тоже со временем научишься, это нетрудно. Сосредоточиваешься на том, что хочешь найти, и начинает тянуть в нужном направлении.

— Круто, — оценила я. — Навигатор сразу в голове… А это же небось и с потерянными носками работает! Я вот что спросить хотела! — перескочила под смешок Кощея. — А могут паразиты вроде Ильи захватывать взрослых людей, находящихся в сознании? На короткий срок, например.

— Не слышал о таком, — признался он. — Почему ты об этом подумала?

Вопреки опасениям, от смутных подозрений он не отмахнулся и не попросил показать, что я углядела на записи, легко поверил на слово. Когда я предположила, что смогу отпугивать этих сущностей, только благословил и заверил, что всё должно получиться.

За попытками договориться с компьютером я и провела половину позднего обеда: сначала пока ждали заказ, потом — в процессе. Крепкая дружелюбная официантка средних лет явно не одобряла компьютер на столе, тем более у парочки, и ворчала что-то про странную молодёжь. Я тоже не особо одобряла и предпочла бы поговорить, но стоило для начала озаботиться защитой. Пусть оценить её эффективность мы не можем, но хоть повысим свои шансы.

Кощей за этой работой наблюдал, задумчиво хмурясь, но вопросов не задавал. А когда я к концу обеда сообщила, что вроде бы разобралась, но не уверена, что всё получилось, медленно кивнул и заметил:

— Ты очень быстро осваиваешься.

— Да тут пока нет ничего сложного, — я неуверенно пожала плечами, хотя похвала согрела. — Справки или инструкции не хватает, но здесь разобрался бы любой уверенный пользователь. И уж тем более любой нормальный программист.

Он качнул головой и усмехнулся.

— Дело не в программе. В тебе. У тебя нет сомнений.

— В смысле?

— Ты легко приняла тот факт, что через эту штуку можно влиять на реальность. У тех местных операторов, которых я знал, главная проблема была в этом: они просто не верили. Потому что какой-то компьютер не способен управлять действительностью, и тем более ею не может так легко и уверенно управлять один человек.

— В последнее мне тоже сложновато поверить, — призналась со смешком. — А что касается компьютеров… Слушай, они уже влияют на реальность. Да, не так буквально, но детство моих родителей современным детям кажется пещерным веком, — не удержалась я от ироничной улыбки. — Мы сейчас рождаемся с гаджетом в руках. К тому же я люблю фантастику, много читала, и такая система не вызывает вопросов. Да, странно, не вполне понятно, как работает, но… Это правила игры, которые нетрудно принять. Почему тебя это удивляет?

Он медленно качнул головой, помолчал.

— Я думал, что держу руку на пульсе, но за последние годы пропустил очень многое. Ты поела? Идём.

— Идём. Хотя меня смущает, что нас так легко отпустили.

— А почему не должны были? — Кощей пожал плечами. — Я не их сотрудник, приказывать мне и задерживать никто не будет — смысла нет, ты тоже не обязана работать на них.

— Такое впечатление, что я им вообще не очень интересна.

— А вот это и правда странно, — мне достался одобрительный взгляд. — Никаких предостережений, никакого инструктажа о том, что можно делать, а что — ни в коем случае нельзя. Но, может, что-то поменялось в последние годы. Может, операторов стало гораздо больше и вас хватает? Да не похоже… В любом случае сначала надо разобраться. Тревожное ощущение. Мне не нравится, что происходит, а ещё больше не нравится, что я этого не понимаю.