– Здесь, мы расстанемся, Лантруд! – сказал он.

– Помолчи! – приказал, увидев, что она хочет что-то спросить или возразить. – Слушай внимательно и не перебивай. Мне надо исчезнуть, и я не могу взять тебя туда, куда ухожу. Поэтому ты останешься в гостинице, а потом я бы рекомендовал тебе поехать в почтовой карете в Арелат. Там тебя никто не знает, и ты сможешь начать жизнь с чистого листа. Язык ты знаешь плохо, но достаточно, чтобы не попасть впросак. Здесь, - указал он на шкатулку, - два документа. Один – это твоя вольная, ее никому не показывай, и, я надеюсь, она тебе никогда в жизни не понадобится, но на всякий случай пусть будет, мало ли что. Второй – твоя подорожная. В ней твое новое имя, Лив Нордмат из Дённы, и мое, как графа Гундберна, подтверждение, что ты девушка благородного происхождения, дочь хэрсира. По местным понятиям баронесса. Кроме того, в ларце банковский аккредитив на предъявителя на пять тысяч золотых. И немного драгоценностей: колечки, цепочки, серьги, колье. Это мой подарок на добрую память. В кисетах деньги. Двести золотых крон. Думаю, ты справишься.

Лантруд была не только хорошей любовницей. Она была умной девушкой, и, быстро оценив свое особое положение, учила все подряд, до чего руки доходили. Голова у нее была хорошая и упорства назанимать, впитывала новые знания, как губка, и быстро прогрессировала. Сейчас она говорила на нордке, - языке Норланда, - лишь с легким акцентом, который легко было спутать с говором северо-восточных эклингов. Умела читать и писать. А за последние три месяца неплохо выучила ланг – язык Арелатского королевства. Говорила, конечно, скверно: с тяжелым акцентом и массой грамматических ошибок, но зато бойко, и могла читать, благо что алфавит у них с эклингами один и тот же. Так что, он за нее не волновался. Умная, упорная, хваткая. С новой биографией и деньгами точно не пропадет, а брать ее с собой куда-то туда, где, черт его знает, как все сложится, не разумно и, пожалуй, даже подло по отношению к Лантруд.

– Все, все! – сказал он в конце их краткого из-за недостатка времени выяснения отношений. – Иди и будь счастлива.

И она осталась в гостинице, а он вернулся к Годде, и тот провел его на окраину городка, где между крепостной стеной и лесом стоял одинокий домик. Небольшой, каменный, обросший мхом, как старый пень на лесной прогалине. Самое то, поскольку Годда нашел не просто дом, а «тот самый дом», построенный на одной из мировых линий и имеющий невероятную энергетику, такую мощную, что ее смог почувствовать даже такой неуч, как Олег.

«Чудное место, - решил он, осмотрев дом снаружи, и войдя внутрь. – Подходящее!»

Следующие четыре часа он расчерчивал дощатый пол, создавая крайне сложный сигил[11].

– Ты ведь дал им достаточно денег? – спросил он Годду, варившего в дальнем углу зелье-активатор.

– Почему вы спрашиваете? – не оборачиваясь откликнулся Годда.

– Забыл сказать, что ритуал может вызвать пожар.

– Я понял, что разрушения неизбежны и дал им достаточно денег.

«Вот что значит быть образованным колдуном, - покачал Олег мысленно головой. – Он «понял», а я «забыл». Как говорится, почувствуйте разницу!»

– Да, - согласился он, начиная проверять рисунок. – Мы пройдем через портал, но в момент, когда он схлопнется, тут может неслабо рвануть или вспыхнет сильный пожар.

«Поэтому Вильгельм переходил из защищенного подвала», - сообразил Олег, но вслух ничего говорить не стал, Годда был учителем и помощником, но ни другом, ни членом его семьи не являлся, так что обойдется без подробностей.

Еще два часа ушло на выжигание рун, а затем еще час на заполнение вырезанных и выжженных борозд тремя разными зельями, содержащими среди прочих ингредиентов «кровь эктора[12]». Еще два часа зелья застывали, высыхая, а Олег с Годдой готовили жертвоприношение, включавшее трех куриц, двух гусей и барашка.

– Было бы неплохо отловить какую-нибудь девицу, - мечтательно протянул Годда.

– Горло резать, трахать на алтаре или и то, и другое вместе? – поинтересовался Олег, все еще удивлявшийся, после всего, что ему пришлось узнать, увидеть и пережить, с какой легкостью идут здесь люди на любое преступление.

– Можно просто трахнуть, - как ни в чем ни бывало ответил Годда. – Но тогда надо искать девственницу.

– В следующий раз, обязательно! – мрачно усмехнулся Олег. – А сегодня обойдемся дичью и… - он запнулся, сообразив, чем еще можно усилить ритуал, без того чтобы насиловать на алтаре девственниц и приносить настоящие человеческие жертвы.

– Да, пожалуй, - решил Олег, еще раз прокрутив в уме такую простую, но действенную идею. – Полпинты твоей крови будет достаточно. Кровь магов сильнее крови обычных людей. Это ты мне сам рассказывал.

Годда тяжело вздохнул, но возражать не стал.

– Хорошо, - сказал он, - я готов.

– Что ж, давай проверим запоры и приготовим вещи, - кивнул Олег. – Там расчеты не слишком точные. Окно открывается, но на сколько неясно. По моим расчетам, от пяти до пятнадцати секунд, и секунд двадцать до открытия портала. Но исходить следует из худшего.

– Как всегда, - пожал плечами Годда и пошел проверять двери и ставни, а Олег подтащил к «стартовой линии» их походные мешки и оружие. За двадцать секунд… Ну, пусть не двадцать, а пятнадцать, он успеет схватить мешок, плащ в скатке и перевязь с мечом и вторым кинжалом. Первый, основной кинжал, как и три кошеля с «самым необходимым» висел на поясе. Колдовать будет несколько затруднительно, но все-таки можно.

– Все в порядке, милорд, - сообщил вернувшийся из обхода Годда. – Когда потребуется моя кровь?