И, в самом деле, почему бы лорду Сегрейву не завести себе любовницу? Он же викинг все-таки, или где?

– Кстати, про Мунго, - прервал его размышления Сириус. – Знаете, кого я там встретил? Никогда не догадаетесь!

– Кончай интриговать! – бросил Фрэнк. – Хочешь рассказать, рассказывай. Не хочешь, молчи.

– Ладно вам! – отмахнулся Сириус. – Поттера я встретил. У него жена как раз родила. Представляете?

– Он женат? – удивился Олег, думать забывший об этом перце. Но сейчас вспомнил и понял, что Поттер опять вышел сухим из воды.

«Непотопляемый, блин… Или все дело в том, что он сын лорда и наследник? Скорее всего, так и есть».

– Да, - кивнул Сириус. – Привез оказывается, из Германии. Зовут, между прочим, Лили. Ничего не напоминает?

– Только не говори, что она рыжая и зеленоглазая? – засмеялся Фрэнк.

— Вот ты, Фрэнки, смеешься, а я видел ее колдографию. Не скажу, что один в один, но очень похожа на нашу Эванс. Ну, какой она была в школе. Рыжая, зеленоглазая, грудь третьего размера и выше Поттера на пол головы.

– Обалдеть! – Олег не смог скрыть своего удивления. – У него что, идефикс[15] на Лили Эванс?

– Странная история, - поддержал его Фрэнк.

– Не история странная, а мозги у него набекрень, - тяжело вздохнул Сириус. – Я же его за брата считал. Такая дружба! Что с парнем стало? Был шутник, а стал просто не знаю, как назвать.

– Ну, может быть, вылечили его в той больничке, куда его Карлус законопатил, - пожал плечами Олег, на самом деле, не веривший ни в чудеса, ни в теорию «Второго шанса». И знавший еще по прошлой жизни, что горбатого только могила исправит.

– Все может быть, - поддержал его Фрэнк.

– Ладно, господа, - подвел Сириус черту под разговором, - пошли к столу, а то фемины нас вместо десерта съедят.

– Вернее, вместо стартеров, - хмыкнул Олег, вставая из кресла.

Ночь на 31 октября 1980

Эту операцию готовили долго и тщательно. Ей предшествовал один аккуратный слив информации, затем второй, уточняющий и конкретизирующий, а потом им удалось выявить предателя и уже через него «подсказать» пожирателям точное время и место. И поскольку предполагаемая добыча являлась для вальпургиевых рыцарей лакомой целью, выйти на охоту должны были лучшие из лучших и, скорее всего, большими силами. Именно поэтому в Хэллоуин 1980 года в магловском домашнем ресторанчике «The White Hart»[16] в окрестностях Бирмингема Гилберт Сегрейв граф де Мёлан проводил вечер со своей новой любовницей Рэйчел Гуди. Встреча была тайной, и поэтому в качестве исключительной меры главу дома д’Э на этот раз не сопровождала охрана. Наемников с континента распустили, разрешив расслабиться и погулять от души, рекомендовав отметиться, как минимум, в паре злачных мест магического Лондона и Эдинбурга, жены и ближайшие друзья Берта были кто где, но их однозначно засекли наблюдатели в таких местах, где атаковать было бы самоубийством. И любому независимому наблюдателю было очевидно, что Сегрейв заигрался. И неважно, что сам по себе он стоил дюжины бойцов, но он был один, а девка его, эта Гуди, даже в Хогвартсе не училась. Мелкая, хоть и красивая соплюха, которая могла стать отличным призовым бонусом для победителя. И место, как говорится, как по заказу. Отдельно стоящий двухэтажный особнячок XVII века, в котором на праздник собрались одни маглы. В общем, Родольфус Лестрейндж, планировавший операцию, решил, что наконец-то для них с братом сошлись все звезды.

Валить лорда Сегрейва предполагалось тремя боевыми группами. Первой, состоявшей из семи боевиков, командовал Эван Розье. Вторую, в которую входило всего пять человек, вел Гвилим Ди, а третьей, резервной, насчитывавшей шесть бойцов командовал Джонатан Уилкис. Общее руководство операцией осуществлял младший брат Родольфуса Рабастан Лестрейндж. К десяти часам вечера все группы были в сборе и заняли заранее разведанные позиции. Атаковать предполагалось сразу с двух сторон. Всех маглов под нож, - но, разумеется, не сразу, - Сегрейва тоже хорошо было бы поймать, но это, как получится, а вот его девку выиграл в карты Эван Розье.

А в это время, сидя за столиком в уютном зале ресторана, Олег элегантно флиртовал с мило краснеющей девушкой. Рэйчел оказалась действительно сильным и умелым бойцом и за последние три месяца еще больше нарастила индивидуальную силу, скорость волшбы и репертуар боевых заклинаний, включая сюда наитемнейшие проклятия, которым Олег учил своих боевиков. Однако против природы не попрешь. Она все еще оставалась семнадцатилетней девушкой, не имеющей практически никакого опыта общения с представителями противоположного пола. Поэтому вела она себя сейчас более чем естественно. Так и должна была реагировать на ухаживания «большого боса» простая и не слишком развитая во всех смыслах этого слова девушка, которая даже в Хогвартсе не училась. И это было просто замечательно, потому что в ресторане присутствовал сейчас агент-наблюдатель Лестрейнджа, который пришел в «Белый олень» с обычной магловской девушкой, которая ни сном ни духом не ведала в какую попала беду, поддавшись ухаживаниям своего весьма впечатляющего кавалера. Впрочем, кроме нее в зале ресторана не было сейчас ни одного нонкомбатанта[17]. Все, кто входил в «Белый олень», начиная с семи часов вечера, являлись боевиками ТС. Зал был небольшой, столиков мало, и на такой вечер, как этот все места были заранее забронированы. Причем заказывали столики реальные жители Бирмингема и окрестностей, но приходили вместо них совсем другие люди. Посетители, - большей частью молодежь, несколько разбавленная людьми среднего возраста, - приходили, сидели за столиком парами или небольшими компаниями и уходили, чтобы освободить место для других. Все они были маглорожденными или, как минимум, выросшими среди маглов полукровками, так что и одеты были аутентично, и вели себя правильно. Хозяин ресторана и двое его сотрудников были сочувствующими ТС сквибами, шеф – французским магом-гастрономом «самых либеральных взглядов», а двое официантов – внедренными за последний месяц боевиками. Олег готовил западню серьезно, желая выманить на «живца» как можно больше сильных боевых магов противника и убить стольких из них, сколько получится, но лучше всех скопом. Ему нравилась фраза, пришедшая с ним из его прошлого мира: «нет человека – нет проблемы». Впрочем, не хуже звучала и другая идея: «хороший пожиратель – мертвый пожиратель».

Звучит вполне по-людоедски, но на войне, как на войне. И это как раз то, чего не желает понимать старый пидор Дамблдор.

«А, может быть, просто не может?»

Что-то было с великим Альбусом нечисто. Существовала, не могла не существовать какая-то причина его фарисейству[18], но что, если это не ханжество? Ведь искреннее прекраснодушие в их случае ничем не лучше, откровенного двуличия.

«Да, старик, - покачал он мысленно головой, - задал ты нам задачку! Враг не враг, друг не друг, одна сплошная головная боль и непонятки в квадрате!»

Размышления Олега, - а ими он пытался замаскировать тот факт, что Рэйчел ему нравится отнюдь не как соратник, - были прерваны сигналом, пришедшим ему на тоненькое колечко, надетое на мизинец правой руки. Сигнал означал, что наблюдатели засекли начало выдвижения отрядов противника из районов сосредоточения. К сожалению, связь, как и всегда, являлась их слабым местом, поэтому практически никакой другой информации, кроме того, что расчетное время атаки три-четыре минуты и что пожирателей много, то есть больше десяти, наблюдатели передать не смогли. Колечко кольнуло три раза, но паузы между сигналами были такими длинными, а расход энергии таким большим, что азбукой Морзе через этот девайс сообщения передавали крайне редко и только при наличии определенных условий. Сейчас ситуация была иной. Соответственно, всего три легких укола. Предупреждение и ничего больше.