Возле лестницы оказалось зеркало — поправил велон, выровняв козырек по центру лба, убрал складки с робы. Нашел внешний вид идеальным для выполнения боевой задачи.

Такой милашке — и не выдадут? Ха!..

…когда я через час возвращался обратно с двумя плотно наполненными баулами, улыбки на лице не было.

Я ввалился в номер, бросил сумки и молча ушел в душ. Кажется, меня что-то даже спрашивали.

Вода освежила и позволила адекватно воспринимать реальность — то есть, не думать матом.

Мельком отметил, что в мои способности договариваться никто не поверил — рейки под нижним матрасом уже заменили и постелили туда белье. Было куда сесть с угрюмым видом, глядя, как девушки разбираются с содержимым тюков.

— Тут двойной объем пайки на троих, — удивленно обернулась Агнес. — Полотенца мягкие…

— Консервированные ананасы! — Обрадовалась Марла, повернувшись ко мне с консервой в руках. — Как тебе удалось?!

— Давайте не будем, — безжизненным голосом отозвался я.

— Генри! Да ты гений снабжения! Да мы только тебя будем отправлять! — Сияла Агнес.

— Никогда! — Вскинулся я.

— Да что случилось-то? — Переглянувшись с блондинкой, уточнила шеф.

— Ну… — Односложно ответил я, потом по взглядам понял, что все равно не отстанут. — Короче, трогала меня эта старуха. Я только перед и мог прикрыть двумя горстями, чтобы не спалиться…

— И-и?..

— Еще спросила, была ли я с мужчиной…

— И что ты ответил? — С любопытством придвинулась Марла.

— «Не дай бог!!!».

Прямоугольник чуть смазанной фотографии лег на столешницу, раздвинув контейнеры из трех армейских рационов и банку с консервированными ананасами.

Для Агнес все-таки выделили полулюкс рядом с нами на этаже — полноценную комнату-спальню и небольшую гостиную со столиками и креслами. Так что обедали мы с некоторым комфортом.

— Это кто? — Придвинулась ближе Марла, изучая фото престарелого азиата в длиннополом халате, идущего через толпу.

Шел тот свободно: в паре шагов двигалось его охранение с палками — одна застыла в замахе на замешкавшегося бродягу, заставляя его и остальных прижаться к лавкам. Еще два охранника прикрывали тылы — лиц не видно, кадр сосредоточен на боссе.

Все на фото были азиатами — старик, охрана, люди вокруг. Судя по бумажному фонарику, попавшему в кадр, китайцы.

— А ну руку в сторону! Фото закапаешь. — Грозно отреагировала на движение шеф.

Марла послушно отвела назад кусочек поднадкусанного ананаса. Заметила мой укоризненный взгляд и уточнила:

— Хочешь?

Я мрачно мотнул головой, отказываясь. На кусочек лакомства в ее руках я смотрел со смешанными эмоциями.

Во-первых, есть его я категорически отказывался просто из чувства противоречия. Во-вторых, они-то его ели преспокойно. Принципы болезненно отдавались чувством голода в животе.

А ведь могли бы и поддержать! Отложить банку в сторону, хотя бы.

В общем, изобразил, что во всем мире мне интересно только фото. Я вопросительно глянул на сестру Агнес — мол, продолжайте.

— Это наша цель. Имя интересно?

— Вообще без разницы, — отклонившись назад, хрумкнула Марла ананасом. — Колоритный старичок. Чем он Ордену не угодил, интересно…

— Цель плохая, — проигнорировала ее Агнес. — Талант неизвестен — всего неделю как приехал из самого Нью-Йорка. Так или иначе, защитных амулетов там должно быть много. Проживает в китайском квартале, кошмарит там местное руководство — проверяющий от диаспоры.

— Так чего он еще несвежих огурцов не поел? — Приподняла бровь блондинка.

— Ну отравят одного, три приедут, — покачала головой шеф. — Местные не хотят прямого столкновения. Они просят показать Нью-Йорку, какое тут опасное место. Мол, жил дедушка в квартале, все было хорошо — пойло, девки, уважение. Поехал инспектировать причалы — дедушку пристрелили. Высокая криминогенная обстановка! Хотите — присылайте нового. Считают, что после нескольких трупов желающих ехать в такую даль не найдется.

— Ордену-то это зачем? — Вновь поинтересовалась Марла.

— Через их территорию электрический кабель к нам проходит. — Пожала плечами Агнес. — Соседи нужные, чего бы не помочь?