Я настороженно следил за обсуждением.

— Нанесем тату на руки. У нас в Рино была забавная банда, я себе на память зарисовывала приметы.

— Тогда решено?

— В чем подвох? — Не сдержался я.

— В том, милый, — мягко произнесла Марла. — Что первой же ночью я приду в твою спальню и буду давить из тебя стоны наслаждения до утра. А поскольку компания у нас, по легенде, мужская, о чем будут знать все соседи, тебе с этим придется жить все три недели.

Я молча подвинул в их сторону по банке консервированных ананасов.

Дамы аж запрыгали от восторга, после чего, подмигнув друг другу, принявшись деловито стягивать с себя верхнюю одежду.

— Вы чего? — Хмуро уточнил я.

— Чтобы робу не закапать, — сказала Агнес, обнажая грудь.

— Ага-ага, — занималась тем же блондинка. — Ты, кстати, тоже раздевайся.

— Да так берите…

— Так! — Строго ткнула в меня пальцем Агнес. — Мы тут не ерундой занимаемся, а прорабатываем легенду.

— Про байкеров? — Не понял я.

— Мажорчик и телохранительницы уже утверждены. — Открыла жестяную крышку с банки и подхватила кусочек Марла. — Так что у нас тут боевое слаживание, — хрумкнула она ананасом неосторожно, что две капли упали на грудь.

Я невольно сглотнул.

Проследив мой взгляд, обнаженная Агнес хмыкнула, откашлялась, чтобы я вопросительно посмотрел на нее, и, подхватив всю банку, слегка опрокинула ее, прижав себе к шее.

Капли, стекая вниз по ключицам, по груди, скользнули ниже, пробивая себе дорожку, и медленно закапали на пол с округлых бедер.

— Ну, чего ждем?

Я уже принялся стягивать робу с себя, как заметил плящущих бесенят в их глаза.

После чего резко схватил их одежду, прижался к двери в душевую и принялся раздеваться уже там.

— Эм. Генри, на самом деле утвердили байкеров… — Откашлялась Агнес. — А если ты продолжишь приближаться, размахивая вот этим в воздухе — дойдет и до мальчика-извращенца, — с угрозой добавила она.

После чего резко повернулась из-за загудевшего по полу стульчика, которым Марла подпирала дверь.

— Шеф, а мне первая легенда больше нравится! — Откинув прядь волос, бодро призналась она.

«Воздействие: паралич. Имитировать/Отклонить?»

«Отклонить»

— И кто же трогал мою банку?.. — глубоким, пробирающим тоном произнес я, приблизившись к шефу совсем близко. — И всю ее пролил на себя? — Попробовал я ее шею языком.

— Кто же это был? — Мягко вторила мне Марла, прижавшись к брюнетке сзади и не дав отшатнуться.

— Две недели на хлебе и воде! — Хриплым голосом отозвалась шеф.

— Да хоть три, — мурлыкнула блондинка, забирая свою часть ананасового сока с шеи.

Словом, боевое слаживание резервной легенды провели успешно.

— А может, хрен с ними, с байкерами? — Задумчиво произнесла Агнес сильно позже, лежа между нами на брошенных на пол матрасах.

— Марла, там ананасы еще остались?

— Еще банка.

— Тащи сюда, идею заесть надо.

Страшная суета началась, когда я рассказал о пожелании письменного доклада и «мыслях» Бернарды удержать нас как-то в городе.

— Не мог раньше сказать?! — Подпрыгивала Агнес на одной ноге, второй пытаясь влезть в чулки.

— Ты хоть понимаешь, что за сутки они доберутся до автостанции и могут все узнать? — Проигнорировав белье, накинула Марла робу на чуть влажное после душевой тело.

Ну нет, угроза так себе — оба водителя будут молчать о происшествии в пути. Они сами отвалили немало, только бы информация не ушла выше. Не в их интересах.

Да и отчета, как такового, я не боялся — он все равно будет коллективным творчеством монахинь. Писать его тоже пришлось бы не мне — почерк у меня мужской.

— А ты тут со своими ананасами!

Да-да, я во всем виноват, а не их задумка разместить ананасы кое на какой части моего тела и с гоготом скрыться в душевой… Но ничего, зло, таящееся под монашеским обличием, было разоблачено, повержено на пол и… Короче, помирились мы со злом.

— Ты одеваться-то собираешься?!

Как будто в тесном номере нашлось бы место для меня — итак пришлось вернуть матрасы на место и лечь на нижний ярус, чтобы не затоптали. Я промолчал, наблюдая за торопливым облачением со стороны.

Что мы там потеряли? Час времени? Да ерунда в глобальном масштабе. Даже если задержат, я не против отоспаться сутки. Но Агнес, рванувшая в свой номер, стоило привести внешний вид в более-менее норму, придерживалась иной точки зрения.

С начальством, пусть и временным, не спорят — так что спокойно оделся, пока Марла нервно расхаживала по комнате, перекидывая наши сумки поближе ко входу.

— Лучше надень исподнее, — посоветовал я, глядя, как очерчиваются иные ее формы под мешковатой робой. — А то остановят нас за ненадлежащий вид, а тебя на сутки в здешнюю тюрьму.