Так незаметно пролетели четыре часа, пока мы снова в первый раз не остановились. Выйдя из бронетранспорётра, я увидел знакомый пейзаж пустоши, и встретил взглядом наёмников Гипериона.

Восемь человек, без экзоскелетов или магических винтовок. На вид не кажутся опытными, но внешность обманчива. Учёных, как ни странно, не оказалось. Вместо них была одна учёная, которой наёмники помогали переносить оборудование.

Невысокая, где-то метр шестьдесят, молоденькая брюнетка, стройная, с короткими чёрными волосами, мягкими чертами лица и тёмно-синего цвета глазами. Из одежды на ней та же форма Витязей, которую помнится на тренировке носила Мария Иннокентьевна, наша преподавательница по химерологии. Только эта одежда была утеплённее, так сказать по погоде.

Не знаю почему, но чем-то она притягивала мой взгляд. Причём речь шла не о влюблённости — да, незнакомка красивая, возможно аристократических кровей, только и я не подросток, чтобы вестись только на красоту. Нет, тут играют другие, непонятные мне чувства.

Это как смотреть в стену, которая кажется тебе какой-то не такой. С виду — стена как стена, из глиняного кирпича, покрашена белой краской, что в ней такого? А вот нет, глаза считали какую-то мелочь, передали сигнал мозгу, а вот что именно показалось странным, разум тебе объяснить не может или не хочет, и ты начинаешь вглядываться, прогоняя варианты в голове.

Со стороны это может выглядеть глупо, но мне лично на такое глубоко плевать. Та же стена может выглядеть обычно, но одним из её кирпичей может скрываться тайник. Так и здесь — если чем-то она меня зацепила, значит есть в ней что-то особенное.

Так что не бывает таких совпадений, если только сам мозг не ошибается. Только в моём случае он ошибается из ста случаев один раз.

Как минимум мне казалось странным, что её такую молодую одну отправили на операцию с узкоспециализированной сложной техникой. Ей же на вид всего восемнадцать, откуда стало быть взяться опыту? И тут точно нельзя сказать, что внешность обманчива, возраст не только красота выдаёт. Походка, расторопность, то, как она говорит, как себя ведёт — всё это чувствуется.

Даже взять в пример меня — моё поведение считают странным, и видимо списывают на особенности моего мышления, потому что оно не поддаётся привычной им логике. Не вяжется у них в голове, что восемнадцатилетний парень ведёт себя как матёрый волк, поэтому мозг сам додумывает, откуда взялось такое поведение.

Потому что всё нелогичное выбивается из привычного восприятия мира, а это нашему мозгу не нравится и он сам достраивает нужную ему картину мира. Поэтому я очень внимательно отношусь к таким вещам.

— Мы вперёд на разведку, — Голос Вадима вырвал меня из мыслей. — Максим, остаёшься здесь. Если почувствуешь химер — посылаешь нам сигнал.

— Так точно, — сказал я и призвал Ворона, чтобы он следил за обстановкой.

— Вернёмся через три часа, — сообщил Вадим, после чего троица очень скоро скрылась за горизонтом. Я же остался один, в окружении наёмников и учёной.

Сев, я собрался было заняться медитацией, чтобы получше изучить магический фон этого места, как вдруг связь с Вороном исчезла и вместо него появилась Багира. Причём в этот раз она появилась не в образе котёнка, а моей тени, от которой шла лишь мне заметная фиолетовая дымка.

«Злые. Злые. Злые. Опасно. Злые. Опасно», — одни за другим эхом отдавались слова Багиры в моей голове. Это она сейчас о наёмниках?

Я посмотрел в сторону этих парней и не почувствовал никакого намерения убить меня. Максимум кидали недовольные взгляды, но о них меня и сам Вадим предупреждал. Выходит, Багира считала их эмоции и когда Вадим ушёл, поделилась своими опасениями. Не верить ей я не собирался.

«Понял. Буду начеку», — послал я ей мысль, после чего отозвал и призвал Ворона. «Охраняй», — сказал я ему и получил знакомый «Кар» в ответ.

Вздохнув, я просто принялся наблюдать за происходящим. Не знаю, какая цель у этих наёмников, но это неважно. Если понадобится, я один их всех перебью. Когда же вернутся Вадим с Алексеем и Кириллом, я их предупрежу, чтобы быть начеку. Сейчас же нет смысла об этом думать.

Где-то минут через двадцать учёная закончила ставить аппаратуру. Её закопали глубоко в землю, чтобы химеры не могли навредить, и сделали пометку где копать. На этом первая остановка была окончена, после чего половина наёмников принялась охранять технику и девушку, а вторая наоборот, принялась отдыхать.

Я же сидел и просто наблюдал за происходящим, ожидая новостей. Ничего интересного не происходило, разве что учёная сама готовила себе еду на горелке. Приятный аромат еды дошёл даже до меня, но я продолжал наблюдать за обстановкой.

И всё бы ничего, только спустя пять минут учёная сама подошла ко мне, держа в руках два контейнера с дымящимся рисом и кусочками курицы. К самим контейнерам также крепились ложки.

Она села рядом и протянула один контейнер мне.

— Ваши спецпайки совсем невкусные. Моя еда вкуснее. Держи половину, я всё равно столько не съем. А если разделите трапезу, я вдвойне буду благодарна.