— Ты можешь это сделать?

— Я не знаю, — признался он.

— Мне нужно было бы обсудить это с Адилой и Гедеоном.

Он был задумчив.

— Гедеон не знает, что я точно знаю, что он убил Атару. Я всегда предполагал, что он убил, но на самом деле, у него нет возможности узнать, потому что я никогда не сталкивался с ним лицом к лицу. Я мог бы сделать вид, что рад его видеть, и, возможно, он удовлетворил бы мою просьбу.

Рори теребила салфетку.

— Мне от него ничего не нужно.

Кай не винил ее.

— По крайней мере, я буду регулярно навещать их и привозить фотографии и отчеты.

Легкая улыбка тронула ее губы.

— Спасибо.

Они говорили обо всем, о чем могли подумать, пока не зашло солнце Эрдикоа, и той ночью, когда они лежали в постели, окутанные посткоитальным блаженством, Кай влюбился в Аврору Рейвен.

Глава 38

Несколько дней спустя Сэм вошел в кабинет Кая с сумкой зелий и мрачным выражением лица.

— С возвращением, — сказала Рори в знак приветствия, с подозрением относясь к его поведению.

Он казался отстраненным, и ужас проник в ее кости.

— Ты смог найти зелья?

— Смог, — неопределенно ответил он, ставя сумку на стол Кая.

— Тогда почему ты выглядишь так, словно тебе подрезали крылья? — осторожно спросил Кай.

Взгляд Сэма метнулся к Рори, и его и без того мрачное лицо потемнело.

— Это твоя мать.

Рори вцепилась в подлокотники своего кресла.

— Что с ней не так? С ней все в порядке?

Кай молчал, и его глаза были прикованы к ней, когда Сэм прочистил горло.

— Ее вспышки гнева стали еще хуже. Она постоянно зовет тебя и становится опасной для самой себя.

Он колебался.

— Если твои друзья не смогут в ближайшее время взять ее под контроль, она либо попадет в тюрьму, либо они будут вынуждены поместить ее в заведение для Сивилл, санкционированное Короной.

Царство Рори рухнуло, и слеза скатилась по ее щеке.

— Нет. Нет, они не могут.

Она растерянно огляделась.

— Это моя вина. Она ищет меня, и я… я сделала это с ней.

Никто не потрудился сказать ей обратное, потому что это была правда.

— Все еще есть шанс, что она успокоится, когда поймет, что ты не вернешься, — попытался успокоить ее Кай.

Рори покачала головой.

— Она упряма, даже когда в ее голове царит сумятица. Она никогда не перестанет искать меня.

Она прижала кулак ко рту, чтобы взять себя в руки.

— Что с моим отцом?

— Он уволился с работы и нашел ночную работу, чтобы оставаться с ней днем, а твои друзья по очереди остаются с ней ночью, — ответил Сэм.

— Я сделаю все, что в моих силах, чтобы не допустить ее в лечебницу, но придет время, когда это будет не в моей власти. Мне жаль, Рори.

Обхватив голову руками, она плакала сильнее, чем когда — либо прежде. Смерть Коры не была ее виной, но вспышки гнева ее матери были. Рори подняло в воздух, когда Кай подхватил ее на руки и отнес в их комнату.

На следующий день стук в дверь пробудил Рори ото сна, и когда Кай открыл ее, Таллент стоял с другой стороны. Он выглядел удивленным, увидев короля.

— Я пришел повидать Рори и спросить о Беллине, — сердечно сказал он.

Кай кивком похлопал Таллента по плечу и впустил его.

— Ты останешься с ней, пока я проверю, как там Беллина? Сегодня утром она должна была принять несколько зелий, а мы должны были встретиться через полчаса.

— Да, ваша светлость, — ответил Таллент, прежде чем повернуться к Рори.

— Если вы не возражаете?

Она слабо кивнула, и Кай подошел, чтобы поцеловать ее на прощание.

— Я вернусь, как только смогу. Дай Талленту знать, если тебе что — нибудь понадобится, и не выходи из этой комнаты одна.

Еще один кивок — это все, что она смогла выдавить. Ее горло саднило от слез, а глаза распухли до неузнаваемости. Когда Кайус ушел, Таллент кивнул в сторону ванной и, извинившись, вышел, а когда вернулся, сел на край кровати. Между ними повисло молчание, прежде чем он протянул руку и похлопал ее по ноге в знак молчаливой поддержки. Что тут было сказать?