Все они мерзкие, фанатичные ублюдки. Как, черт возьми, им доверили работать за стенами тюрьмы, не говоря уже о том, что объединили вместе?

Рядом с забором из рабицы за пластиковым столом сидели мисс Вирджиния и еще одна психолог. Большинство сотрудников тюрьмы во время перерыва держались подальше от заключенных, но миссис Карен тайком курила сигарету, что ей не сошло бы с рук в других местах для сотрудников.

Мисс Вирджиния улыбнулась Сойеру, но не подошла, оставляя их с психотерапевтом наедине. Он, глядя на нее, должен был сказать, что, несмотря на мешковатую не женственную одежду и забранные в пучок волосы, она была красоткой — и он пришел в себя настолько, что заметил это.

Интересно, насколько отличаются психотерапевты. В то время как мисс Вирджиния пыталась выглядеть непривлекательно, психотерапевт по имени Пенелопа вела себя прямо как кобыла в течке. У этой дамы была одержимость заключенными, чем они были более жестокими, тем лучше, и по слухам, бродящим по камерам, ей нравилось трахаться под рассказы об убийствах.

Но мисс Вирджиния — хороший человек, и она женщина Аттикуса. Так что добиваться ее внимания не входило в его планы, даже если бы он был ей увлечен… а он не был. Ему не хотелось связываться с женщиной, которая копалась бы в его душе как патологоанатом во внутренностях.

— Нам пора, — сказал Уилер. До сих пор Джейкоб Уилер казался чертовски хорошим психологом хотя бы потому, что предложил провести консультацию на улице.

Было чертовски приятно находиться снаружи здания и закрытых дворов, хоть и внутри забора, стоящего вокруг тюрьмы.

Сойеру становилось лучше. Никаких ночных кошмаров в течение недели, за исключением обычных, с которыми сталкивается большинство заключенных. Его депрессия — гребаное слюнявое слово — прошла. Усталость никуда не делась. День за днем ничего не происходило, и это могло свести с ума.

И он все еще чувствовал, что не заслуживает лучшего.

— Кстати, я хочу, чтобы ты сделал на этой неделе несколько упражнений, — сказал Уилер. — Я напечатаю их и отдам тебе.

— Каких упра…

Его прервал пронзительный звук. Крики? Он наклонил голову. Хотя «парк» строгого режима был в дальнем углу тюрьмы, шум всегда пробивался сквозь толстые стены. Это не было похоже на обычный гул толпы заключенных во время свар.

— Там драка? — спросила Вирджиния, вскочив из-за стола.

Уилер обменялся взглядом с Вэром.

— Больше похоже на бунт в корпусе А, — сказал Вэр.

Сойер нахмурился, глядя на женщин.

— Мисс Вирджиния, вам стоит…

— Карен, оставайся на месте, — одновременно сказал Уилер. Даже когда завыли сирены, глухой звук из-за забора не прекращался.

Что, блин, происходит?

С холма разогнался Хаммер Н1 и понесся по травянистому склону прямо на забор. Господи. За рулем никого не было.

Фырканье, а затем отвратительное улюлюканье заставили Сойера обернуться. Работавшие во дворе заключенные веселились. Офицер охраны лежал на земле со сломанной шеей. Он на минуту отвлекся — и поплатился жизнью. Один заключенный снова ударил конвоира рукоятью граблей, хотя тот уже был мертв.

У Сойера перед глазами всплыла страшная картина: повсюду кровь, перевернутые машины, куски тел его напарников. Он сильно затряс головой, заставляя себя оставаться в настоящем. Во рту появился горький привкус.

Тяжелый внедорожник с грохотом врезался в забор, сотрясая землю и вырывая с корнем зацементированный в нее столб. Рабица лопнула, соседний столб накренился и упал. Машина, намотав на себя рабицу и колючую проволоку, взвывая мотором, врезалась в забор.

В заборе появилась дыра. Заключенные зааплодировали и побросали свои инструменты.

Черт. Женщины оказались между заключенными и забором. Сойер шагнул к ним, следом за ним Уилер.

Заключенные подбежали ближе.

Бомба заметил женщин.

— Да у нас тут пёзды!

Он повернулся к женщинам.

Ярость охватила Сойера. Он преградил дорогу ублюдку. Сойер ни за что не допустит, чтобы женщина Атта пострадала. Хрена с два.

— Бомба, нет времени на женщин или на драку. Давай бегом.

Бомба бросился на Сойера.

Сойер нанес удар ему в челюсть, а затем заблокировал кулак Стаба, прилетевший сбоку. С приливом адреналина время замедлилось, но не так сильно, как хотелось бы. Шесть на одного. Говно.

Уилер со всей силы заехал Питу в живот. Молодец — но теперь их шестеро на двоих.

Их лидер держался подальше, предоставляя драться своим парням.

«О, нет». Снова и снова нажимая тревожную кнопку, Джин пыталась что-то предпринять, даже когда заключенные окружили стол, за которым сидели она и Карен.

Первый, которому Сойер врезал — Бомба, ускользнул от него. Его челюсть сильно кровоточила.

— Пойдем, пизда.

Он ухватил ее за руку.

Она оттолкнула его руку, ударила ногой по голени, попыталась ударить выше, в пах. Он заблокировал ее удар бедром.