— Прошу прощения, — после моего разрешающего кивка говорит ЁнЭ, видимо желая продемонстрировать свою эрудицию. — Лейблы бывают двух видов: дистрибуционный и продюсерский. Какова будет специализация вашего, босс?

— Он будет компактный, динамичный и универсальный. — секунду подумав, отвечаю я. — Созданный для продвижения единственного исполнителя — меня. Ещё у него будет дополнительная опция оказания продюсерских услуг иностранным исполнителям. Со временем я планирую расширить функционал до создания музыкальных клипов и кино. Но это в будущем. Пока, — нужно зарегистрировать предприятие и приступить к работе.

— А название для него уже есть?

— Да. — скромно сознаюсь я. — «Hangar 44».

— Чего?? — замерев с недонесённым до рта куском курицы, вытаращивается на меня онни.

— В память о подвиге сорока четырёх участников «Red Alert». — поясняю я. — Находившихся во враждебном окружении тёмного зала, но до последнего поддерживавших меня негасимых светом своих лайтстиков!

СунОк и ЁнЭ молчат, переваривая услышанное.

— Босс… «двойная смерть», для Хангук, — это не очень хорошие цифры в названии… — осторожно предупреждает ЁнЭ.

— Компания создаётся сразу как международная. Никакой деятельности в Корее вести она не будет. Я имею в виду выступления, концерты и всё остальное, что делают местные развлекательные агентства. Здесь будет только офис.

— В любом случае, — настаивает ЁнЭ, — такое название будет привлекать к себе повышенное внимание. Нужно ли оно организации, которая не собирается вести активного бизнеса?

— Гук ГаБи пересчитала фанатов в клубе, — говорю я. — Их снова — сорок четыре. Это, несомненно, ниспосланный знак, от которого не стоит легкомысленно отмахиваться. Кроме того, вижу в названии «обеззараживающий» потенциал. Вряд ли следует ожидать толп корейских неофитов, ломящихся на прослушивание в агентство с таким названием.

— У нас будут прослушивания?

— Надеюсь, до этого дело не дойдёт! — искренне отвечаю я и, подражая Донне Розе д Альвадорес, добавляю, — Здесь только одна звезда. Это я!

— Но для иностранных артистов, вполне возможно, могут быть кастинги. — выдержав паузу, сообщаю я, для лучшего понимания у собеседниц.

— А почему — «ангар»? — открывает рот, пришедшая в себя СунОк.

— Отсылка к Голливуду. Когда я была там на экскурсии, то видела шеренги непрезентабельных ангаров, внутри которых рождается мировое кино.

— А… — отзывается спросившая.

Ну, на самом деле не совсем так. Когда перебирал в голове всякие варианты в поисках подходящего названия, неожиданно вспомнился смотренный когда-то древний американский фильм. В котором инопланетная летающая тарелка внезапно для себя получила в бок ракету, выпущенную с истребителя, и от такой неожиданности, — ляпнулась на землю. Бравые вояки тут же затащили повреждённый пепелац в неприглядный сарай и взялись его там курочить в надежде на прибыль. Фильм назывался — «Ангар 18».

Очень похоже на мою ситуацию. Снаружи — обычное развлекательное агентство, но внутри — чудеса внеземные. А цифра «44» — отчасти в благодарность фанатам, а частично — для выбешивания корейцев. Их с неё будет «плющить». Я знаю.

— Босс, в чём причина вашего отказа работать с хангук сарам? — спрашивает ЁнЭ. — И почему вы нарушаете своё обещание?

Мой персональный менеджер очень вежлива. Обращаясь ко мне, старается всегда использовать уважительную форму обращения. Похоже, девочка забыла манеру нашего прошлого общения и сейчас осторожно нащупывает новый стиль.

— Отказываюсь, потому, что я для них — чужая. И для меня они такие же. Но у меня есть люди из прошлого, они — другие. С ними я продолжу общаться. А с чужими, — нет!

ЁнЭ наклоняет голову, показывая, что удовлетворена услышанным.

— Главная моя задача сейчас — восстановиться. — говорю я, не желая отвечать на отвлекающие вопросы и поэтому возвращаясь к интересному для себя рассказу о дорожной карте, ведущей к успеху. — Время на это отвожу себе до выступления в Японии. После чего ожидаю начала сотрудничества с «Sony music». Но не как артист по контракту, а как независимый лейбл, проводящий собственную политику.

— А почему именно с ними? — спрашивает ЁнЭ. — Япония, конечно больше, чем Корея, но у вас есть опыт сотрудничества с европейцами. Вы можете работать и с американцами. Почему — нихондзин?

— «Sony music», — американская компания. Которой владеют японцы. А до Nippon-koku от нас, — совсем рядом. Используя каналы распространения музыки второй по величине в мире звукозаписывающей компании, можно продавать синглы на суммы, которые местным деятелям от музыки даже не снились.