Шрифт:
– Пошел вон! – процедил отец, взмахнул рукой, но не удержался на ногах и рухнул на пол.
Никита не стал дожидаться продолжения, пнул напоследок ведро с водой, которое не успел вылить и ушел к себе в комнату.
Из гостиной больше не доносилось ни звука. Упав на кровать, Никита долго смотрел в потолок.
19. Василиса
Она бы никогда и никому в этом не призналась, но от страха у нее тряслись коленки. Часы на стене неумолимо тикали, словно издеваясь над ее растущим волнением. Каждая секунда тянулась бесконечно. Василиса, сжимая в руке медицинскую карту, нервно ерзала на стуле. Сегодня ей предстояло узнать, что происходит с ее ногой. Этот, день мог перевернуть жизнь с ног на голову.
По понедельникам врач их команды вел прием в дорогом медицинском центре. Здесь все кричало о том, что обычное обследование обойдется в десятки тысяч. К счастью, для игроков «Оникса», консультация у Эдуарда Геннадьевича Карлова была бесплатной.
В приемной было шумно и людно. Пациенты оживленно обсуждали свои дела, но Василиса слышала только стук своего сердца. Оно билось в бешеном, тревожном ритме.
Василиса разглядывала свои кроссовки в белых тканевых бахилах, а ее мама теребила ручку кожаной сумочки, то и дело постукивала каблуком и поглядывала на часы.
– Если ты не перестанешь так нервничать, я тоже начну паниковать, – предупредила ее Василиса.
– Прости, дорогая, я так за тебя волнуюсь…
– Так и знала, что нужно было идти одной.
– Напомню, что пока тебе не исполнилось восемнадцать, к врачам придется ходить со мной.
– И очень жаль. Мам, я и так переживаю, а тут еще ты…
– Ладно, давай думать о хорошем – зато в школу идти не пришлось.
– Я бы уж лучше на уроках сидела… Так себе «хорошее» ты нашла.
– Васенька… – начала мама, но договорить не успела.
– Я не опоздал? – раздался знакомый голос.
Василиса подняла голову уже зная, кто спешит к ним по коридору медицинского центра. В голубых джинсах, белой футболке и коричневой рубашке в клетку он скользил по мраморной плитке – непринужденно, словно прогуливаясь по улице во время недели моды среди слепящих вспышек фотографов. Он остановился напротив. Руки в карманах, жвачка во рту, на лице – полная невозмутимость. Лебедев.
– А ты что тут забыл? – вместо приветствия выпалила Василиса.
– Васенька, не очень-то вежливо, – заметила мама.
– Все нормально, – махнул рукой Никита.
Не спрашивая разрешения, он уселся рядом и, закинув ногу на ногу, насмешливо уставился на Василису. Она купилась бы на это, но что-то в его глазах было не так. Обычно серые, как вода в Северном Ледовитом океане, они потемнели. Под ними залегли темные круги. Никита выглядел усталым, хотя пытался скрыть это обычной бравадой.
– Пришел тебя поддержать, – пожал плечами он, выудил из кармана упаковку жвачки и протянул Василисе.
Та покачала головой и перевела испытующий взгляд на маму.
– И откуда же Лебедев узнал, в какое время у меня прием?
– Ну, возможно, Никита заходил к нам утром, – мама заправила волосы за ухо, – и уточнил, во сколько мы поедем к Эдуарду Геннадьевичу.
– Вот как. – хмыкнула Василиса.
– Я подумала, тебе будет веселее, если Никита тоже приедет. А потом вы сможете пойти заниматься. Пробный ЕГЭ скоро…
– Ты и об этом ей рассказал?
– Не рассказал, а поделился, – сказал Никита.
– Может, вы еще и кофе вместе пить пойдете? Оставьте меня здесь, я одна справлюсь.
Никита ткнул ее пальцем в ребро.
– Прекрати выпендриваться, – шепнул он.
От негодования Василиса задохнулась.
– Пожалуй, я и правда схожу за кофе, – сказала мама. – До приема еще десять минут. Ребята, что вам взять?
– Мне, если можно, капучино, – не растерялся наглец.
– Я ничего не буду, – надула губы Василиса.
– Тогда возьму на свой вкус, – с этими словами мама удалилась.
Василиса не желала даже себе признаваться, что ей стало немного спокойнее, когда надоедливый Лебедев, закинув руку на спинку ее стула, уселся рядом. Его появление стало неожиданностью. После того, как они вечером попрощались, он не написал ей ни строчки. Засыпала она хуже, чем обычно, и в глубине души волновалась о том, что между ними теперь что-то изменилось. Но, разумеется, убеждала себя, что переживает только из-за предстоящих тренировок.
А сейчас, когда она увидела его, идущего по коридору в лучах утреннего солнца, пробивающегося сквозь окна, все ее опасения и тревожные мысли растворились.