– Титова, какая же ты… – зарычал Никита, сдерживаясь, чтобы не оскорбить ее.

– Но я же просто хотела быть с тобой…

– А год назад не хотела? Кстати, как там твой парень поживает?

– Я рассталась с ним ради тебя!

– Мне таких жертв не надо, – скривился Никита. – Ты для этого мать заставила нас на ужин пригласить?

– Нет… она сама захотела. А я подумала – хороший повод, чтобы помириться.

– Что ты понимаешь под словом «помириться»? Вот это? – он кивнул на кровать.

– Я хочу поддержать тебя!

– Ты меня классно поддерживала в тачке того обсоса. Грустно, что его поперли из «Оникса», и теперь он играет в Нижнем.

– Кит, я всегда хотела быть только с тобой!

– Поэтому предала мое доверие, а потом меняла парней, как перчатки? Я не игрушка, которую можно выбросить, а потом, приревновав к кому-то, подобрать.

– Я совершила много ошибок, но обещаю, я все исправлю!

– Нечего исправлять, Наташ. Пока.

Он стремительно двинулся к двери, но Наташа бросилась ему наперерез.

– Не уходи! – заплакала она, падая ему на грудь.

Никита знал – это очередная манипуляция. Поведение Титовой он давным-давно изучил вдоль и поперек, но плачущую девчонку в одиночестве оставить не мог. Белая футболка испачкалась в туши и тональном креме. Тяжело вздохнув, он похлопал ее по спине. В такие моменты он особенно остро чувствовал свою беспомощность.

Постепенно рыдания начали стихать, сменились короткими всхлипываниями. Наташа подняла лицо и покрасневшими глазами посмотрела на него. Открыла рот, собираясь что-то сказать, как вдруг раздался стук в дверь. Это была простая формальность, потому что в следующую секунду в комнату ворвалась Лариса Евгеньевна, заполняя все вокруг запахом тяжелых, приторно сладких духов.

– Чем это вы тут занимаетесь? – противно улыбаясь, спросила она.

Густо подведенные черным глаза светились от предвкушения, что она застанет их за чем-нибудь пикантным, но выражение ее лица тут же изменилась, когда она увидела заплаканную дочь.

– Наташенька, что случилось?! – взмахнула она широкими черными рукавами.

– Ничего, – вытирая слезы, ответила та, все еще прильнув к Никите.

– Он тебя обидел? – коршуном накинулась на него Лариса Евгеньевна.

– Никого я не обижал! – возмущенно воскликнул Никита.

За спиной у Ларисы Евгеньевны появилась его мама. Никита, яростно отряхивая перепачканную футболку, направился к ней. Мягко взяв за руку, повел за собой вниз, бросив через плечо:

– Спасибо за ужин и гостеприимство. До свидания!

Она поймала их утром, возле школы. Засунув руки в карманы брюк, Василиса топталась на месте, закипая от гнева. С Катей она решила полученной информацией пока не делиться. Реакцию эмоциональной подруги угадать было нетрудно: Кристина Исаева и Ангелина Лимонова остались бы без значительной части своих длинных шевелюр.

Подруги, как обычно, появились вдвоем. Лимонова одной рукой держала под локоть Исаеву, другой активно жестикулировала, наверняка пересказывая очередную сплетню.

Оттолкнувшись от низкого школьного заборчика, Василиса пошла им навстречу. Исаева и Лимонова попытались обойти ее по соседней тропинке – не вышло.

– Тебе что, места мало, Ветрова? – взвизгнула Ангелина. – Отойди! Мы, в отличие от тебя, на урок опоздать не хотим.

Но внимание Василисы было сосредоточено вовсе не на крикливой Лимоновой. Она в упор смотрела на тихоню.

– Исаева, а ты не боишься на урок опоздать? – спросила она.

– Ветрова, ну чего ты к нам прицепилась? – попыталась оттеснить ее Лимонова.

Задачка была не из легких – Лимонова была на голову ниже, и Василиса, смерив ее пренебрежительным взглядом, даже не сдвинулась с места.

– Руки убери от меня, – тихо и угрожающе сказала она.

– Что тебе вообще надо? – захныкала Ангелина.

– Да вот с Исаевой хочу поговорить, а ты мешаешь.

– Зачем тебе Кристина?

– Лимонова, ты совсем дура или притворяешься? – прищурилась Василиса. – Пусть уже твоя подруга хоть звук издаст, не немая же.

– Не понимаю, чего ты от меня хочешь, – наконец проговорила Кристина.

– Думаю, отлично понимаешь и не просто так прячешься за подружкой. Скажи, Лимонова, а ты в курсе, чем Кристина занимается? Вы это вдвоем проворачиваете или она без тебя обходится? Использует, как прикрытие, чтобы никто ничего не заподозрил? – сыпала вопросами Ветрова.

– Что заподозрила-то? Вообще ничего не понимаю! – взбесилась Ангелина.

Она посмотрела на подругу. Та молчала с непроницаемым выражением лица. На это можно было бы купиться, не зная, что Кристина такая всегда – скрывает под маской свои чувства и эмоции.